Пепел Нетесаного трона. На руинах империи

– Понимаю. Конечно, мы помним, что вам нельзя говорить о… своих делах. Но возможно, вы разрешите наш с Паттиком спор.

Паттик неловко заерзал, но и в нем Гвенна чуяла нетерпеливое любопытство.

– Возможно, нет, – отрезала она.

Чо Лу расхохотался, словно в жизни не слышал шутки смешнее.

– Возможно, нет! – Он оглянулся на друга. – Она говорит: «Возможно, нет!»

И он спросил так, словно она и слова не сказала:

– Так вот, тут такой вопрос. Кеттрал могут дышать под водой?

– Нет.

Гвенна надеялась, что это положит конец разговору.

– А что вы видите в темноте, правда?

Вот это была правда, но не повод подливать масла в огонь их поклонения.

– Нет.

– А боль вы чувствуете?

Гвенна чуть не задохнулась. После бойни в Банях она ни часа не прожила без боли. В первые несколько дней думала: это от впившегося в плечо осколка и других ссадин и порезов. Но шкура у нее заросла, как всегда. Синяки сошли. А ей все чудилось, что железный кулак сжимает сердце, длинные шипы впиваются в мозг, а на груди, не давая вдохнуть, лежит гора кирпичей.

– Да, – угрюмо отозвалась она, – боль чувствуем.

Похоже, Паттик был несколько разочарован. Зато Чо Лу подмигнул ей:

– Понятно. Мы и не ждали, что вы раскроете свои секреты.

– Нет у меня никаких секретов.

Конечно, она врала, но за ложью стояла правда. Тех секретов, которых ждали легионеры, у нее не было.

– А насчет птиц… – заикнулся Чо Лу.

– А насчет прикусить язык? – оборвала Гвенна.

Паттик взглянул обиженно, а Чо Лу только улыбнулся.

– Конечно, командир. Просто для нас честь ехать с вами рядом.

Честь… Будто она какой-нибудь сраный герой.

* * *

Поднажав, они могли бы добраться до Пирата за день. Но император сообщила, что на загрузку и подготовку судна к плаванию уйдет два, и потому они остановились в гостиничке между западным портом и столицей. Чо Лу пошел нанять комнаты, Паттик занялся лошадьми, и Гвенна с Килем остались наедине в отдельной столовой, выделенной для них усердной хозяйкой.

Гвенна на еду не смотрела. Живот свело в узел. Любой кусок во рту отдавал пеплом. Ей в последнее время все снилось, что она задыхается насмерть, и при взгляде на фиги представлялось, как они разбухают, забивают горло, перекрывают воздух, как она рвет себе глотку…

– Вам надо поесть, – сказал Киль.