Ближе

Она была довольно большая, с красными обоями, украшенными орнаментом. На стенах висели картины в резных рамах, на большинстве были изображены батальные сцены, преимущественно времен Крымской войны. Кроме большой двуспальной кровати в комнате были стол и платяной шкаф – старинные, темного дерева, возможно, красного. Это могла быть комната в отеле, но в отеле не из дешевых.

– Я умер и попал в Хилтон… – пробормотал Дрейк, обшаривая комнату в поисках мини-бара. Ему срочно требовалось опохмелиться, чтобы прошла голова и чтобы из нее улетучились воспоминания о погибших по его вине людях.

Он посмотрел на закрытую дверь, но не стал ее открывать, а вернулся к окну, прислонился горящим лбом к холодному стеклу. Тяжело вздохнул. Налитые кровью глаза бездумно следили за полицейским катером, поднимавшимся по Темзе в сторону Тауэрского моста.

В дверь постучали.

Дрейк выпрямился и замер.

Дверь открылась, и в комнату, держа в руках стакан, вошел тот, кто спас его в Хайфилде. Он рассказал Дрейку, что когда-то был одним из Граничников, солдатом элитного подразделения стигийцев, славившихся особой жестокостью и беспощадностью…

Было очень странно видеть этого бывшего безжалостного убийцу в серой спортивной куртке, фланелевых брюках и коричневых мокасинах.

– О, вот и мой друг-стигиец… неплохое местечко ты выбрал.

Голос бывшего Граничника прозвучал немного гнусаво. Говорил он отрывисто и немного… старомодно.

– У меня несколько владений в Лондоне, но я предпочитаю дни свои коротать именно здесь.

Дрейк кивнул в сторону окна.

– Надеюсь, в окна других твоих… владений видно картинки получше. – Он помолчал и снова посмотрел на стигийца. – Так вот, значит, как я оказался здесь? Ты приволок меня из бара прошлой ночью. Ты считаешь себя моим ангелом-хранителем?

Стигиец не ответил, лишь протянул Дрейку стакан. Оказывается, в нем была не вода, а сок. Дрейк разочарованно понюхал его.

– Апельсиновый? – Он сделал большой глоток, и ароматная жидкость освежающей волной омыла пересохшее горло.

– Свежевыжатый, – ответил стигиец.

Дрейк с силой помассировал переносицу, пытаясь собрать мысли воедино.

– Послушай, дружище… Я знаю, ты считаешь себя моим должником за то, что я присматривал за Эллиот, но поверь, теперь мы квиты. Ты вытащил мою задницу из той заварухи в Хайфилде. Ты вернул долг, и мы в расчете.

Стигиец кивнул.