Ярость демона

Жаль, что богатеи не умеют варить приличный ливенель, нет в нем цветочного смака.

– А как же тебе удалось наварить целый бочонок, если бароны зажали весь хмель?

– Ну, у меня есть связи, – улыбнулась она.

– Ясно. – Бершад сделал еще глоток. – И как же так вышло, что две малые девчонки держат лучшую таверну на теневой стороне канала?

Обе девочки помрачнели. Нола схватила тряпку и стала протирать и без того чистую барную стойку.

– Мама умерла родами, – сказала Нола. – А отца тем же летом сожрал дуболом.

Нас вырастили три старших брата. Они все служили в Воинстве Ягуаров, но сложили маски, когда Греалоры пришли править Дайновой Пущей. Братья не хотели умирать за каких-то сволочей с Атласского побережья. Вот тогда и стали держать таверну всей семьей. Меня всему научили. А когда Греалора убили и началось восстание Ягуаров, наши братья снова надели маски и пошли воевать. – Она затеребила тряпку. – И прошлым летом отправились в последнее плавание.

– К нам приехал военачальник Карлайл, – сказала Гриттель.

 – Объяснил, что они погибли, героически защищая какой-то очень важный мост.

– Ну да, так всегда и говорят, – с горечью добавила Нола. – Даже если человек гибнет просто так, ни за что.

– Похоже, ты для сестры ничего не приукрашиваешь, – сказал Бершад.

– Все краски на свете сделаны из драконьего дерьма. – Нола посмотрела на него. – А ты всегда правдиво рассказываешь семьям погибших, как сгинули их сыновья, мужья и братья?

– Нет, – признал Бершад и повернулся к Гриттель.

 – Судя по всему, ваши братья не были трусами.

– Ты о них слышал всего пару фраз, – отметила Нола.

– Они восстали против Греалора. А многие другие – нет.

– С каких это пор всякий, кто добровольно снимает маску, смельчак? – спросила Нола.

– Солдатам положено исполнять приказ командиров, – сказал Бершад. – А вот возражать начальству – это требует мужества.

– Может, и так.

Бершад снова отхлебнул пива. Нола уставилась на него:

– Ты не очень-то похож на барона.

– А ты многих баронов знаешь?

– Да уж знаю, что они не хвалят тех, кто им возражает. А еще они не шастают без сапог. – Нола выразительно взглянула на грязные босые ноги Бершада. – Барон Куспар, как является за своей долей, каждый раз приходит в новых.

– Я думал, что таверна принадлежит только вам.

– Да. По большей части. – Нола смущенно отвела взгляд. – Мы держались как могли, пока братья были живы.