Призрак в зеркале

Роза Рита сонно доковыляла до ванной, в которой все было фиолетовым: от аптечки до туалетной бумаги. Она слышала, как миссис Циммерман гремела посудой. Девочка чистила зубы, изучая свое отражение в зеркале в фиолетовой раме. Роза Рита отметила, что выглядит худой и непривлекательной. Она носила джинсы, свитера и кроссовки, но иногда хотела принарядиться. Порой девочка мечтала стать красивее, но чаще всего собственная внешность полностью ее устраивала. Этим вечером она никак не могла определиться, что думает на самом деле, но заметила, что на нее смотрело сонное отражение – впрочем, так она себя и чувствовала.

С загипсованной лодыжкой подниматься по лестнице было нелегко, и Роза Рита ночевала в спальне на первом этаже, а не в комнате для гостей наверху. Спальня была уютной и располагалась рядом со столовой. В комнате стояла небольшая аккуратная односпальная кровать с одеялом, расшитым букетами фиалок, над которой висела картина с фиолетовыми кувшинками кисти французского художника Моне.

Он лично подарил свое полотно миссис Циммерман в 1913 году, когда она ездила во Францию. Как только Роза Рита улеглась, к ней заглянула хозяйка дома, чтобы убедиться, все ли в порядке. Девочка тихо прошептала «Спокойной ночи» и услышала, как миссис Циммерман поднимается по лестнице в спальню. Мгновение спустя Роза Рита уже крепко спала.

Тем временем миссис Циммерман лежала у себя в спальне на втором этаже и смотрела в потолок, не в силах сомкнуть глаза. Подсвеченные стрелки часов на прикроватном столике почти доползли до двенадцати.

Флоренс о чем-то размышляла, то и дело на них поглядывая. Дождавшись полуночи, она встала с кровати, надела халат и тапочки и спустилась в гостиную.

От увиденного у миссис Циммерман перехватило дыхание: огни, горевшие ярче обычного, исходили из старого зеркала над книжными полками. До этой ночи зеркало в раме из красного дерева казалось вполне обычным, но сейчас из зеркальной поверхности во все стороны вырывались красные, зеленые и белые вспышки.

Подойдя ближе, миссис Циммерман заметила странные очертания под мерцающей гладью. Они напоминали луну, а может, огромное яйцо или розоватую тарелку, однако видения оказались ошибочными – это было лицо.

Миссис Циммерман широко раскрыла глаза, не отводя взгляда от смутного образа. Поначалу размытые черты было не разобрать, будто лицо скрывалось за стеклом, забрызганным дождевыми каплями. Мерцающий свет мешал разглядеть детали.