Зелёный Горошек

Нехорошо, если помещик догадается, что я выкопал его золото, подумал этот человек. Поэтому он повесил над крыльцом записку: «Человек, живущий напротив, не крал золота Вана Ёу Киана». Всё, можно смеяться.

На самом деле самого богатого китайца звали Ван Цзянь Линь, причём сетевой переводчик «цзянь» переводит как «здоровый», а «линь» переводить отказывается. Может, неприличное что-то, здоровое и неприличное… подходящее имя получается, Ван Здоровый Кхм… а может, язык так изменился, что переводчик этого древнего слова уже не знает.

Кстати, известно, что табуированные слова часто заменяются, так как табуирование быстро распространяется на эвфемизм.

Ах, да, с чего я взяла, что избавление от избыточного имущества окажет на псевдоускорителей лечащее нравственное воздействие, а не ввергнет их окончательно в пучину буржуазного эгоизма. Дело в том, что в нашем обще ведь очень распространено сочувствие. Деятельное. В любом случае, но особенно к тем, кто в нём действительно нуждается.

Жертвам болезни, аварии, ну, понятно. И попасть в неприятности – это одновременно оказаться в зоне повышенного психо комфорта. И это привычно, как воздух, которым мы дышим. А что получится с тем, кто вынужден по природе своего крайнего эгоизма скрывать от анархо обща приключившееся с ним несчастье: ограбление его супер сейфа, в котором он хранил свои супер огромные деньжищи? Он, наоборот, по контрасту, почувствует на себе все психо минусы своей модели поведения. Может, одумается.

Правда, он может пожаловаться «своим» – таким же моральным уродам. Но я сомневаюсь, что от них можно получить полноценное сочувствие. Как бы не позлорадствовали, наоборот, вместо этого. Они ведь стремятся к эгоистическому превосходству над всеми, причём именно в области избыточного материального накопления. И не брезгуют никакими грязными методами в достижении превосходства над кем-то, над кем иначе его трудно достичь. А тут результат на блюдечке. Так что даже если напоказ проявят сочувствие, несчастному будет казаться, что они злорадствуют про себя.

Так мне казалось. Правда, я не могла на это полагаться всецело. Ведь я думала, они могут и вообще друг другу не сообщать о фактах ограбления, однако сообщили ведь, в конце концов, до того, как я ограбила их всех.

Из тринадцати «наших», из общества ускорителей, заказчиков я успела избавить от лишнего и вредного для нравственности имущества девятерых.