Кто я такой и что мне делать?

Я богат, а он беден. У него такая машина, он счастлив, а у меня такая машина, и я не счастлив. Это счётчики качества жизни, которые «обнулит» смерть. Но самое интересное, что главные, фундаментальные выводы у личности выстраиваются следующей цепочкой: «Тело испытывает боль. Значит, я испытываю страдания. А потом и вовсе – умираю». Это очень тяжёлая умственная цепочка, которую мы можем присвоить себе, отождествившись со своей личностью. Однако обращаю жёлтой краской внимание: данная цепочка касается только(!) личности, как внешней оболочки «Я».

Одежды, если угодно. Одежду всегда можно поменять.

Смерть – это отсутствие реакции на привычные раздражители ассоциативных установок. Отсутствие знакомых реакций в нашем понимании (которая может интерпретировать личность) возводится барьером смерти в абсолют. Личность думает: нет реакции – нет жизни. Всё было зря. Всё, что мы сделали, будет забыто. Всё, чего мы достигли, – ничего не значит. Все заработанные очки будут обнулены. Такие ядовитые выводы становятся постоянными спутниками.

С ними проходит большая часть жизни, по умолчанию.

Настоящая жизнь происходит между мыслями о смерти и отрицанием этих мыслей. То есть сейчас, в данный момент. Когда нет ни прошлого, ни будущего. Если мы скатываемся в какую-либо крайность, одну из этих двух, то мы постепенно теряем контроль над собой и своим состоянием. Если думаем о смерти – испытываем страдания. Если убегаем от смерти – испытываем страдания.

В основном мы предпочитаем о смерти не думать.

Нас уберегает здесь психика. Ведь барьер смерти действительно страшен для личности, так как обесценивает практически любой смысл любой жизни примерно следующим образом: смерть везде. Мы наблюдаем её всюду. Вся природа нам на это намекает – через животных, растения, времена года. Всё это приучает нас к циклу с его обязательным завершением. Всё это приучает нас к циклу, частью которого мы являемся. Правда, этот же цикл даёт надежду на продолжение, если внимательно понаблюдать за природой вещей, но основа следующая – ничто не вечно. И мы тоже.

Эта совокупность выводов и наблюдений и есть результат работы нашего самого главного барьера и является его конечным продуктом. Мысли о смерти начинают отравлять практически всех, превращаются в настоящий яд. И вместо того чтобы «переработать» или «трансформировать» этот яд, понять, кому же он адресован, мы предпочитаем уйти от него с помощью тех самых желаний и крайностей, что мы сами себе установили.