Идеальная невеста

Ее взгляд потускнел, она жадно глотнула воздух, и ее ладони скользнули ниже, до пояса – к завязке его брюк. А потом она очень решительно провела кончиками пальцев длинную линию по возбужденной части его тела.

Он застонал, забираясь под ее юбки. Самое лучшее в похотливой горничной – то, что в ней нет ни капли жеманства и притворства. Какой она выглядит, такая она и есть. Анна хочет иметь секс и удовольствие и еду на столе для своей семьи. Она хочет именно того, что он ей предлагает, и немного лишних денег в придачу.

Больше ничего. Она не может его обмануть. И сейчас Анна вполне готова к любви.

Он стал ласкать пальцами ее влажную горячую плоть, пока у нее на глазах не выступили слезы и она шепотом не попросила его поторопиться. И продолжал это занятие, пока она не стала извиваться, предвкушая высший момент наслаждения. Потом он наклонился, поработал языком и, торжествуя, увидел, что для нее наступил этот момент.

Задыхаясь от волнения, она начала умело расстегивать пуговицы его штанов. Он удовлетворенно улыбнулся и больше не двигался, позволяя ей делать так, как она хотела.

Его собственный источник наслаждения мгновенно оказался у нее в руке. Она наклонилась и стала жадно ловить этот источник губами.

Рекс откинул голову назад. Он был доволен: теперь он не чувствовал ничего, кроме наслаждения.

«Почему я не поторопилась? Надо было доехать до Корнуолла раньше», – подумала Бланш и выглянула из окна кареты на суровые пустынные болота, которые вызывали у нее какую-то почтительную робость.

Казалось, эта почти бесцветная равнина, где не было ни одного дерева, тянулась до края вселенной. И над этой равниной дул ледяной ветер: высунув голову из окна, Бланш очень скоро почувствовала, что нос у нее совсем замерз. Но небо было ярко-синее, и по нему плыли белые облака. А солнце светило сильно и ярко.

Она укрылась внутри кареты и подумала о том, что ее сердце стало биться быстрее с той минуты, как карета свернула с главной дороги на ту, которая, судя по надписи на указателе, вела к поместью Лендс-Энд и замку Боденик.

Бланш наклонилась, чувствуя на себе взгляд горничной, сидевшей на противоположной скамье, и подняла шторку на другом окне, впустив в карету больше морозного воздуха. За этим окном был виден океан. Он был ярко-синего цвета и сиял, как сапфир, сливаясь вдали с вечным небом, которое было еще больше, чем он, и принадлежало Богу. Взглянув вдаль, Бланш разглядела кусок береговой линии – и у нее захватило дыхание от красоты этого вида.