Невероятное влечение

И поскольку незнакомка, очевидно, была бедна – ни одна леди со средствами никогда не надела бы такое старомодное платье, – герцог не видел ни одной причины, по которой они не могли бы достигнуть некоей взаимовыгодной договоренности. Шарлотта уже порядком ему надоела. Не говоря уже о том, что любовницы герцога никогда не пользовались его благосклонностью дольше нескольких месяцев.

– Только представьте, они посмели здесь появиться, какой позор! Вообразите: Александра Болтон штопает одежду леди Хенредон! Она зарабатывает на жизнь шитьем!

Стивен оглянулся через плечо на двух раскрасневшихся и негодующих светских дам – седовласую и медно-рыжую, а потом заметил, что его нынешняя любовница стоит прямо за ними.

Голубые глаза Шарлотты тут же остановились на герцоге, и она улыбнулась.

Стивен вежливо кивнул даме сердца, нисколько не озаботившись ее присутствием. Вместо этого он размышлял о том, что невольно подслушал: то, что Александра Болтон шьет для высшего класса, удивило его. Герцог не слышал ни об одной аристократке в стесненном материальном положении, которая согласилась бы на нечто подобное.

Так или иначе, но это казалось ему достойным восхищения. Стивен не понимал и не разделял отвращения сливок общества к тому, что они презрительно именовали трудом. Сказать по правде, герцог Клервудский сам каждый божий день трудился засучив рукава – умственно, сидя за столом в своем кабинете, или физически, на одной из строительных площадок или в офисе благотворительного фонда.

– А Эджмонт был изгнан из нашего круга на многие годы. Он ведь пьяница, – добавила рыжеволосая леди. – Не могу поверить, что леди Херрингтон позволила им войти в свой дом.

Две сплетницы удалились, все еще перешептываясь. Стивен слышал, как они бормотали что-то о мисс Болтон, которую бросили у алтаря, и о том, что она, несомненно, заслужила это. Он горько вздохнул. Что ж, стервятники слетелись на падаль. Временами герцог ненавидел светское общество, невзирая на то что сам стоял на его вершине.

К тому же он всегда презирал слухи, особенно когда они основывались на злобе или невежестве. В данном конкретном случае Стивен подозревал, что сплетницы не знали о мисс Болтон почти ничего – но определенно желали ей самого плохого.

Герцог почувствовал к ней что-то вроде сострадания. Слишком хорошо он помнил – и никогда, ни за что не забыл бы – о том, как, будучи маленьким мальчиком, подслушивал слуг и гостей, обсуждавших его.