Преследование

Некоторое время назад Лукас тайно предложил свои услуги военному министерству. Еще до того, как во Франции настала эпоха террора, Великобританию наводнил поток эмигрантов, спасавшихся бегством. Последние два года Лукас провел, вывозя эмигрантов с берегов Франции.

Эта деятельность была крайне опасной. Если бы французские власти поймали Лукаса, его немедленно бы арестовали и отправили на гильотину. Амелия гордилась братом, но одновременно и очень боялась за него.

Разумеется, она все время волновалась о Лукасе.

Он был якорем семьи – ее главой. Но о Джеке Амелия беспокоилась еще больше. Джек был бесстрашным. И безрассудным. Он действовал так, словно считал себя бессмертным. До войны Джек был простым корнуолльским контрабандистом – одним из тех, кто зарабатывал на жизнь подобным образом, – и следовал по стопам несметного числа своих предков. Теперь он зарабатывал тем, что провозил контрабандой различные товары между воюющими странами. Занятие поопаснее этого еще нужно было поискать! Если бы брата схватили до войны, его ждало бы тюремное заключение. Теперь, однако, стоило британским властям уличить Джека в нарушении блокады Франции, его бы обвинили в – ни много ни мало – государственной измене. За столь тяжкое преступление отправляли на виселицу.

А еще время от времени Джек помогал Лукасу тайно переправлять людей через Ла-Манш.

Амелия была благодарна судьбе, что хотя бы Джулианна жила в комфортной, спокойной обстановке, поглощенная заботами о муже и дочери. Амелия перехватила проницательный взгляд Лукаса.

– Я волнуюсь о тебе и переживаю за Джека. Что ж, во всяком случае, теперь мне не нужно беспокоиться о Джулианне.

Брат улыбнулся:

– В этом я с тобой полностью согласен. Она окружена заботой и находится вне всякой опасности.

– Скорее бы закончилась эта война! Ну когда же мы услышим хорошие новости? – Амелия покачала головой, вспомнив, что леди Гренвилл умерла, оставив новорожденную дочь и двоих маленьких сыновей. – Не могу представить, каково это – жить без войны.

– Нам еще повезло, что мы не живем во Франции, – заметил Лукас уже без улыбки.

– Пожалуйста, я не перенесу еще одного ужасного известия! Судя по слухам, дела обстоят не самым лучшим образом.

– Я и не собирался огорчать тебя дурными вестями. Тебе совершенно незачем знать подробности того, как страдают во Франции ни в чем не повинные люди. Если нам повезет, наши войска разобьют французов уже этой весной. Мы готовы вторгнуться во Фландрию.