Преследование

– Идея неплохая, но как быть с домом? Мы просто запрем его? И что насчет фермера Ричардса? Ты ведь знаешь, что теперь, когда ты вечно в отъезде, он платит за аренду земель мне.

– Я могу договориться, чтобы арендные платежи пока копились и были выплачены позже. Я чувствую, что пренебрегу своим семейным долгом, Амелия, если не отправлю вас с мамой в более безопасное место.

Она понимала, что брат абсолютно прав.

– Потребуется какое-то время, чтобы как следует подготовиться к отъезду.

– Постарайся закрыть этот дом как можно быстрее, – ответил Лукас.

 – Я должен вернуться в Лондон, мне придется сделать это сразу после похорон. Когда ты будешь готова присоединиться ко мне, я или приеду сам, или отправлю Джека, или пришлю кучера.

Амелия кивнула, но теперь она могла думать лишь о предстоящих похоронах.

– Лукас, ты знаешь, когда состоятся похороны?

– Я слышал, что служба пройдет в часовне Сент-Джаст в воскресенье, но покойная будет похоронена в семейном склепе в Лондоне.

Амелия ужаснулась.

Сегодня была уже пятница! И в это мгновение перед ее мысленным взором в который раз явственно предстал Гренвилл, его темные глаза и волосы. Она облизнула пересохшие губы.

– Я должна присутствовать на церемонии. И ты тоже.

– Да. Мы можем пойти вместе.

Амелия взглянула на брата, и ее сердце екнуло. Она никак не могла отогнать неуместные мысли. В воскресенье она увидит Саймона впервые за десять лет.

* * *

Амелия сидела в семейном экипаже с Лукасом и мамой, крепко стиснув обтянутые перчатками руки.

Она даже представить себе не могла, какой силы напряжение сковало все у нее внутри. Она едва могла дышать.

Стоял воскресный полдень. Спустя каких-то полчаса должна была начаться заупокойная служба по Элизабет Гренвилл.

Впереди показалось поместье Сент-Джаст.

В центре имения высился огромный замок, казавшийся совершенно неуместным здесь, в Корнуолле. Средняя часть дома, возведенного из светлого камня, была высотой в три этажа, входную дверь обрамляли четыре гигантские гипсовые колонны.

Более низкое, двухэтажное крыло дома было обращено к суше, эту секцию здания отличали покатые шиферные крыши. В самом дальнем углу здания располагалась часовня со своим собственным внутренним двором, ее фасад тоже украшали колонны, а к входу примыкали угловые башни.

Дом окружали высокие черные безлистные деревья. Земля перед особняком тоже казалась голой после долгой зимы, но совсем скоро, в мае, сады должны были буйно зацвести.