Темное обольщение

Он и твой враг тоже, – многозначительно добавил он.

Клэр не могла отделаться от скверного осадка на душе.

– Я поняла. Книги – священные реликвии. Вы сражаетесь из-за них. Вы даже готовы пойти на убийство, лишь бы их найти и не дать им попасть в руки врага.

– «Катах» сейчас в безопасности, – возразил Малкольм. – Я поклялся охранять священные книги, Клэр. Если «Кладих» где-то рядом, я должен использовать все свои силы, чтобы найти его и вернуть на Айону.

– Ты все время говоришь «книги» во множественном числе.

– Три.

– Я знаю, что «Катах» – это Книга Мудрости, «Кладих» – Книга Исцеления. А для чего нужна третья?

– В ней заключены все силы известные Древним.

У Клэр все похолодело внутри. Она почему-то сразу почувствовала, что все это не сулит ничего доброго.

– Я не понимаю.

– «Дуайшен» отвечает за силу путешествовать во времени, за силу отнимать и даровать жизнь. В нем содержится сила повелевать мыслями и снами. Ну и еще много чего. – Малкольм помрачнел.

Его слова прозвучали для Клэр как гром среди ясного неба. Разумеется, никакая книга не может никому дать таких сверхъестественных способностей. Но если она сама не верит в такие силы, то он верит, верит всей душой, равно как и все те, кто входит в этот орден. Ей не нужно было объяснять, что такое самовнушение. Скорее всего, силу в Магистров вселяла их собственная вера. Она своими глазами видела Малкольма в битве. Это был настоящий супермен – по крайней мере, таким он предстал в ее глазах.

Огромными усилиями Клэр удалось восстановить способность спокойно мыслить.

– И где же третья книга?

Малкольм хмуро посмотрел на нее. О господи, подумала Клэр. Она пыталась напомнить себе, что никакой чудесной силой книга не может обладать, и тем не менее пришла в ужас.

– Она в руках твоих врагов?

– Да. Она у Морэя, причем уже довольно давно. И теперь его мощь безгранична, Клэр. Ни одному Магистру еще не удалось победить его.

Морэй жаждал крови Малкольма. Клэр не хотела думать об этом и тем более беспокоиться. В конце концов, какое ей до этого дело? Но если Малкольм полагал, что Морэй непобедим, ему никогда не сокрушить своего врага. Клэр поймала себя на том, что от ее недавнего возбуждения не осталось и следа. На смену ему пришел страх. Не за себя – за Малкольма.

Малкольм ушел. Клэр пренебрегла его просьбой отдохнуть. Ураган мыслей вертелся в ее голове, не давая уснуть.