Мой американский МВА.

Помню, идём на одну из первых личных встреч. Готовились неделю. Не спала я столько же. Шеф пытается меня расслабить, что-то говорит по дороге. Я молчу. Состояние «кондратий». Шеф:

– Ты же понимаешь, что он такой же человек?

– Ага. – Я просто киваю головой и думаю про себя: «Такой же, только слегка миллиардер».

– Он тоже штаны через ноги надевает, а не через голову.

– Угу, – снова киваю я. Только его штаны стоят столько же, сколько весь мой гардероб.

– Если ты не поймёшь, что он сказал – просто переспроси.

Я поднимаю на шефа безумные глаза. Я? Переспросить кого? Президента? Да я лучше сквозь землю провалюсь…

Встреча у президента прошла хорошо. Он старался говорить медленно и понятно. А когда я не расслышала одну фразу, то переспросила его. Причём это случилось так непроизвольно, что только переспросив, я поняла, что сделала. И, о чудо, я не упала в обморок и не умерла.

– Вот смотри… – Президент наклонился ко мне и стал объяснять свою мысль. Тогда до меня дошло – он тоже заинтересован в успехе.

Он тоже хочет правильно понять моего шефа, и чтобы шеф правильно понял его. Это его бизнес. Он – главное заинтересованное в успехе лицо.

Я не помню, когда закончился «медовый месяц». Но я точно помню, что в тот день я поборола свой главный страх. Когда мы вышли, шеф сказал:

– Молодец! Справилась!

– Кажется, да.

– Раз один раз смогла, сможешь ещё.

– Надеюсь, не скоро.

– Как насчёт завтра?

Я аж споткнулась.

– Шучу. Послезавтра.

P. S.

В общем, дорогу осилит идущий.

Или не так страшен чёрт, как его малюют.

5.

Where there is a will there is a way

Кто не хочет, ищет причину. Кто хочет– возможность

А до Тома у меня были Дэвид… и Фил.

К моменту создания нашего подразделения я уже полтора года работала с двумя другими руководителями. Дэвид занимался логистикой, а Фил – трейдингом. И если в логистике и транспортировке я хоть что-то понимала и могла нарисовать, когда не могла объяснить на английском, то с трейдингом был коллапс.

Попробуй нарисуй «фьючерс», или «пейпер», или «зашортил позицию».

Том тогда работал с другим переводчиком. В октябре 2006-го он предложил мне перейти к нему. Я колебалась. Он казался мне очень строгим и закрытым человеком. Тогда как Дэвид и Фил были его полной противоположностью. Постоянно улыбались и шутили. Плюс новая область, новые термины. Короче, сплошной стресс. Я помню, как расчертила лист и записывала все «за» и «против». Потом зачитывала их Дэвиду.