Солнечное сплетение. Размышления бегущей женщины

– Нет, нет, – засмеялся Глушко, – я не за этим.

– А зачем?

– Зайди в шестую. Мохов тебя зовет.

– Меня? Странно.

Алина перебрала все свои действия за время рабочего дня и не найдя никаких промахов вошла в палату.

– Вы хотели меня видеть? – спросила она у Игоря Витальевича. В палате он лежал один, остальных всех выписали.

– Да, Алина, – он немного помолчал, собираясь с мыслями, – Я хотел поговорить с вами.

Женщина одернула платье и присела на краешек стула у его кровати.

– Я вчера был груб с вами.

Простите.

– Хорошо.

– Вы можете дать мне ваш номер телефона?

– Зачем? – изумилась она.

– Моя жена хочет с вами поговорить, но никак не получается с вами встретиться.

– Хорошо… – Алина записала свой номер на листке из блокнота и протянула Мохову.

– Когда вам будет удобно?

– Мне? Хоть, когда…

Совсем растерявшись, Алина встала, зацепила ногой ножку стула, тот противно скрипнул. От своей неловкости она смутилась еще больше и вышла. Что это значит? Чего тут смущаться? Не себе же номер попросил, жене! Но, несмотря на это, Алина весь вечер не находила себе места.

Тело гудело от усталости, но сон не шел. Она положила телефон под подушку и стала ждать звонка, но в тот вечер никто не позвонил. Не позвонили и на следующий день. Неловкость прошла и теперь казалась больше забавной, чем постыдной. Значит все не так уж и важно. Не нужно больше мучить себя догадками.

Алина позвонила Лиле, и они отправились гулять. Гулять означало сидеть в их любимой кафешке, трескать фастфуд и обсуждать очередного Лилькиного ухажера.

Когда очередь дошла до пирожных, Лиля спросила:

– Ты так ешь… Не боишься растолстеть?

– Нет, – Аля усмехнулась, вытирая салфеткой крем с подбородка, – Я вкалываю как лошадь ломовая и на работе, и дома. Никакого кайфа. Можно я хоть здесь оторвусь?

– Можно, – засмеялась в ответ подруга, – Еще с носа вытри.

– Да и было бы для кого фигуру беречь.

– А как же принц?! – Лиля игриво повела плечами.

– Лиля, какие принцы в сорок пять?! Тут даже на престарелого шута не рассчитываешь, а ты – принц… Скажешь тоже.

– Ладно, тебе грех жаловаться. У тебя фигура, словно ты из спортзала не вылазишь. Тебе больше тридцати в жизни никто не даст. Не то, что я.

– Курить брось, сразу кожа лучше станет, – вздохнула Аля. Комплименты подруги не цепляли.

– Тогда растолстею я, – Лиля ожидала ответный реверанс, но Алина не захотела потешить ее тщеславие, она задумалась, глядя в окно.