Управление акционерным обществом в условиях реформы корпоративного права

Считается (и с этим мнением стоит согласиться), что участников компаний последний блок внутрифирменных институтов по сути не слишком интересует. Но не «увязнет» ли высший форум управления акционерной компании в разного рода технической работе по коррекции весьма дифференцированной системы таких корпоративных нормативных источников? Полагаем, поиски ответа на это вопрос не слишком просты.

Некоторые коллеги считают, что «старый» подход к разделению компетенции общего собрания акционеров, совета директоров, генерального директора и правления в части утверждения внутренних документов имеет правовые основания до «внесения ясности» грядущими изменениями в Закон об акционерных обществах и до первой коррекции устава компании в соответствии с Законом № 99-ФЗ.

При этом они руководствуются п. 3 ст. 3 Закона № 99-ФЗ, в котором говорится, что «по правоотношениям, возникшим до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, положения Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к тем правам и обязанностям, которые возникнут после дня вступления в силу настоящего Федерального закона, если иное не предусмотрено настоящей статьей».

Однако другие эксперты полагают, что эта норма на порядок одобрения внутренних документов не распространяется и следует принимать во внимание п. 4 указанной статьи Закона № 99-ФЗ, устанавливающего, что до приведения законодательных и иных нормативных правовых актов, действующих на территории Российской Федерации, в соответствие с положениями ГК РФ (в редакции настоящего Закона) законодательные и иные нормативные правовые акты РФ, а также акты законодательства Союза ССР, действующие на территории России в пределах и в порядке, которые предусмотрены законодательством РФ, применяются постольку, поскольку они не противоречат положениям ГК РФ (в редакции настоящего Закона).

Однако есть и такие специалисты, которые предлагают изменить общий корпоративный подход к понятию «внутренний документ», ограничив его регулятивными источниками «первого эшелона» (об органах и существенных корпоративных действиях), а документы второго и третьего «эшелонов» квалифицировать иначе, например, как «локальные нормативные акты» или «инструкции», что, по мнению авторов этой идеи, позволит их сохранить в «юрисдикции» совета директоров и исполнительных органов.

Между тем автор этих строк не уверен, что такого рода уловка обретет надежные юридические основания.