Я написал книгу

И моего соседа по дому Сережку Иванова, и былого школьного товарища Славку Афанасьева забили насмерть простые россиянские парни, стоило последним ощутить тяжесть сержантских и лейтенантских погон на плечах.

Мне помирать хотелось не очень, но тут уж, как повезет. Руки, заведенные в наручниках назад, помогали мало, будто бы их и не было. Мои земляки для порядка по разу протянули дубинками между моих лопаток, но это, видимо, было не так интересно, и они заработали кулаками и, вероятно, ногами.

Вина моя была достаточно веской, чтобы как-то ограничивать себя, поэтому ребята старались вовсю. Выкладывались на производстве, можно сказать, на все сто процентов.

Когда меня взяли, я был пьян. Вообще-то, если сравнивать с Леной, то я был очень пьян. Это все – последствия нашего ресторана, точнее, ресторанного общества. Среди завсегдатаев этого заведения с символическим наименованием «Дружба» дружественных людей встречалось мало. Все были какие-то озабоченные, и от них можно было ждать только подвоха.

Даже если бы я выпил на полбутылки водки меньше, все равно мне было бы нехорошо.

Мы шли домой, так, во всяком случае, казалось мне и Лене. Но из милицейской машины лучше было видно, что мы, точнее – я, на самом деле собираюсь делать: заниматься противоправной деятельностью. А уж мне только дай такой повод – и я весь ваш, потенциальный правонарушитель.

Дурни могут задираться на нетрезвого человека от дурости своей.

Или, чтобы самоутвердиться, или, чтобы снять с несчастного пьяницы деньги, золото и брильянты. Кто же, в таком случае менты? Без всякого сомнения, герои, всегда на переднем крае.

Они меня оскорбляли и хамили, когда подъехали к нам. Ну, может быть, в другом виде я бы принял это, как издержки милицейского производства, недостаток образования, отсутствие воспитания и все такое. Но я был отравлен рестораном, я был почти раздавлен его мерзким наполнением, поэтому я потерял видение этой жизни.

Мое замечание о непотребном поведении служителей Закона вызвало потребное действие.

– Предъяви документы! – сказал лейтенант.

Ага, только на пьянку с собой документы и брать, а также крупные суммы денег и вообще, все ценные вещи и бумаги.

– А ты предъяви свои, – булькнул я и оказался с заломанными руками: сержант подкрался сзади и проявил себя согласно служебным инструкциям.