Герой Веков

Вин тоже кряхтела от усилий, и вскоре часть стены сдвинулась. Ни один рычаг не поднял бы такую тяжесть – понадобилась бы долгая, напряженная работа, чтобы попасть в расположенный по другую сторону тайник. С помощью алломантии же они справились с дверью за несколько секунд.

Наконец-то можно было расслабиться. Вин тяжело вздохнула, и Эленд увидел, что ей пришлось намного хуже, чем ему. Иногда казалось несправедливым, что он сильнее: в конце концов, он же совсем недавно стал алломантом.

Вин подняла фонарь, и они направились в открывшуюся пещеру. Как и две, которые Эленд уже видел, эта тоже оказалась громадной: края терялись в темноте, неподвластной слабому свету фонаря. Фатрен шагнул следом и потрясенно охнул. Полки. Сотни полок. Тысячи.

– Что это? – спросил он.

– Запасы продовольствия, – откликнулся Эленд. – И самое необходимое: лекарства, одежда, вода.

– Так много. – Фатрен был потрясен. – А мы все это время…

– Собери людей, – приказал Эленд. – Солдат. Понадобится охрана, чтобы люди не ворвались сюда и не разворовали припасы.

Лицо Фатрена омрачилось.

– Это место принадлежит моему народу.

– Моему, Фатрен, – уточнил Эленд, наблюдая, как Вин идет по подземелью, освещая себе путь фонарем. – Этот город теперь мой, равно как и все, что в нем находится.

– Ты пришел, чтобы ограбить нас, – упрекнул Фатрен.

– Нет. – Эленд повернулся к перепачканному сажей здоровяку. – Я пришел, чтобы завоевать вас. Это не одно и то же.

– Не понимаю.

Эленд стиснул зубы, чтобы не рявкнуть: усталость и опустошенность, проистекавшие из осознания того, что империя обречена, в последнее время часто выводили его из себя.

«Нет, – подумал он.

И намеренно не стал влиять эмоциональной алломантией. Гашение эмоций было эффективно во многих ситуациях, но подобный эффект слишком быстро исчезал. Такой способ вряд ли поможет заполучить настоящего союзника.

– Лорд Фатрен. Я хочу, чтобы вы хорошенько подумали, о чем мы сейчас спорим.