Герой Веков

Даже если бы они не стали друзьями, даже если бы Тен-Сун не начал испытывать к Вин величайшее уважение, одного этого уже хватило бы, чтобы завоевать безграничную верность кандры.

Он был ей нужен, даже если она и сама об этом не знала. Тен-Сун выпрямился, посмотрел Кан-Паару в глаза:

– Я выполнял оплаченный Договор со Страффом Венчером. Он позволил своему безумному сыну Зейну использовать меня сообразно любой своей прихоти. Зейн приказал мне убить кандру Ор-Сьера, чтобы я мог занять его место и шпионить за женщиной Вин.

Когда прозвучало ее имя, послышались приглушенные шепотки.

«Да, вы слышали о ней. О той, которая убила Отца», – с удовлетворением отметил про себя Тен-Сун.

– И ты исполнил приказ этого Зейна? – громко осведомился Кан-Паар. – Ты убил другого кандру. Убил собрата по Поколению!

– Думаешь, мне это понравилось? – требовательно спросил Тен-Сун. – Я знал Ор-Сьера на протяжении семи столетий! Но… Договор…

– Запрещает убийства, – договорил Кан-Паар.

– Он запрещает убивать людей.

– Разве жизнь кандры стоит меньше жизни человека?

– Слова важны, Кан-Паар! – выкрикнул Тен-Сун. – Я знаю их все – я помогал их писать! Мы оба были свидетелями того, как на основе самого Первого создавались наши рабочие Договоры! Они запрещают нам убивать людей, но не себе подобных.

Кан-Паар снова наклонился вперед:

– Ты спорил с этим Зейном? Быть может, предлагал, чтобы он сам выполнил убийство? Ты хотя бы попытался предотвратить гибель того, кто принадлежал к нашему народу?

– Я не спорю с хозяевами, – возразил Тен-Сун.

– Значит, ты не спорил, – иезуитским тоном произнес Кан-Паар. – Ты просто убил Ор-Сьера, а потом занял его место – притворился, что ты – это он.

– Мы это делаем всегда, – с раздражением заметил Тен-Сун. – Мы играем чужие роли, шпионим. В этом весь смысл Договора!

– Мы поступаем так с людьми! – рявкнул еще один Второй. – Это первый случай, когда один кандра притворился другим кандрой.

«Это было блестяще, – подумал Тен-Сун. – Ненавижу Зейна за то, что он заставил меня совершить подобное, но не могу не признать: идея была гениальная. Вин даже не задумалась о том, что можно подозревать меня. А кто бы о таком подумал?»

– Ты должен был отказаться, – настаивал Кан-Паар. – Ты должен был заявить о необходимости прояснения положений твоего Договора.