Грядущая буря

Эгвейн нахмурилась, словно пытаясь понять, какие могут быть преимущества в том, что твои силы уменьшились. В конце концов девушка покачала головой.

– Илэйн однажды говорила мне о комнате в Башне, набитой предметами силы. Полагаю, такая комната действительно существует?

– Конечно, – сказала Суан. – Хранилище под Башней. На втором подземном этаже, на северо-восточной стороне. Маленькая комнатка с простой деревянной дверью, но мимо нее не пройдешь. В том коридоре это единственная запертая дверь.

Эгвейн кивнула своим мыслям.

– Грубой силой одолеть Элайду я не могу. И все же хорошо, что я знаю о хранилище. У тебя еще есть что-нибудь важное?

– Пока нет, мать, – сказала Суан.

– Тогда возвращайся и поспи немного. – Эгвейн помедлила. – В следующий раз мы увидимся через два дня. Здесь, в обеденном зале для послушниц, хотя, наверно, стоит перенести встречи куда-нибудь в город. Не доверяю я этому месту. Если в нашем лагере окопалась Отрекшаяся, то я готова поставить в заклад половину отцовской гостиницы, что кто-то из них шпионит и за Белой Башней.

Суан кивнула:

– Хорошо.

Она закрыла глаза и вскоре обнаружила, что моргает в палатке Брина. Свеча была погашена, и Суан слышала тихое дыхание Брина, который спал на топчане в другом углу палатки. Сев на постели, она посмотрела на него, хотя в темноте трудно было разглядеть что-то, кроме неясных теней. Как ни странно, но после разговора об Отрекшихся и Аша’манах присутствие рядом этого крепкого мужчины успокаивало ее.

«Есть ли еще что-нибудь важное, Эгвейн? – подумала Суан, вставая.

Зайдя за ширму, она сняла платье и переоделась в ночную сорочку. – Мне кажется, я влюбилась. Насколько это важно?» Ей самой это казалось куда более странным, чем избавление от порчи или женщина, направляющая саидин.

Качая головой, Суан спрятала позволяющий ходить по снам тер’ангриал обратно в тайник и уютно устроилась под одеялами.

Так уж и быть, на этот раз она не станет подкладывать ему мышей. Но вот в другой раз… Нет, зарекаться не стоит.

Глава 9

Покидая Малден

Прохладный весенний ветер щекотал Перрину лицо. Такой легкий ветер должен пахнуть цветочной пыльцой и холодной утренней росой, свежей почвой, из которой пробиваются и тянутся к свету молодые ростки, он должен пахнуть новой жизнью и обретшей новое рождение землей.

Этот же ветер принес лишь запахи крови и смерти.

Перрин повернулся к ветру спиной, опустился на колени и принялся осматривать колеса.