Путь королей

До того как мы встретились, я даже не думала про смерть и ложь.

– В этом я весь, – сухо проговорил Каладин. – Куда бы ни пошел, несу с собой смерть и вранье. Прямо как Ночехранительница.

Сил нахмурилась.

– Это был… – начал он.

– Да, – перебила спрен. – Это был сарказм. – Она наклонила голову. – Я знаю, что такое сарказм. – Хитро улыбнулась. – Я знаю, что такое сарказм!

«Буреотец, – подумал Каладин, глядя в ее радостные глазки. – Есть в этом что-то зловещее…»

– Погоди-ка, а раньше с тобой похожего не происходило?

– Не знаю.

Не помню ничего, что случилось больше года назад, когда я впервые увидела тебя.

– Правда?

– Неудивительно. – Сил пожала полупрозрачными плечиками. – У большинства спренов короткая память. – Она поколебалась. – Не понимаю, откуда мне это известно.

– Может быть, все правильно. Ты могла уже пережить такое, а потом все забыла.

– Не очень-то утешает. Мне не нравится сама мысль о том, что я могу что-то забыть.

– А мысли о смерти и лжи тебе тоже не нравятся?

– Да.

Но если я утрачу эти воспоминания… – Она уставилась на что-то перед собой, и Каладин, проследив за направлением ее взгляда, заметил пару спренов ветра, беззаботно и свободно кувыркавшихся в небе.

– Будущее тебя пугает, – понял молодой мостовик, – но возвращение в прошлое вызывает ужас.

Сил кивнула.

– Эти чувства мне знакомы, – сказал он. – Идем. Мне надо поесть, а после обеда я должен успеть кое-что раздобыть.

15

Ловля на живца

Ты не согласен с моей затеей.

Я это понимаю, насколько вообще могу понять того, с кем у меня столь глубокие разногласия.

Спустя четыре часа после нападения ущельного демона Адолин все еще руководил уборкой. В ходе битвы монстр уничтожил мост. К счастью, несколько солдат остались на другой стороне и отправились за мостовым расчетом.

Адолин ходил среди воинов, собирал донесения; послеполуденное солнце клонилось к закату. В воздухе пахло плесенью. Так пахла кровь большепанцирника. Само чудовище лежало там же, где погибло, со вскрытой грудной клеткой.

Несколько солдат сдирали с него панцирь, а рядом с ними на туше уже вовсю пировали кремлецы. Слева, на неровной поверхности плато, длинными рядами разместили людей, подложивших под голову свернутые плащи или рубашки. О них заботились лекари из армии Далинара. Адолин благословил своего отца за то, что тот всегда брал с собой лекарей, даже в развлекательную поездку, как эта.

Адолин пошел дальше, все еще одетый в осколочный доспех.