Ритм войны. Том 2

 – Я наполню самосветы для этого путешествия. Пусть эта новая команда наблюдает за башней издалека, скрытно, а затем сообщит обо всем подозрительном, что увидит.

– Мудрое предложение, сэр, – сказала Лин и с поклоном удалилась.

Ясна кивнула ему и вернулась к демонстративному обсуждению планов. Да, она играла роль.

Далинар взглянул на Рутара, чье лицо постепенно наливалось багрянцем. Возможно, он выпил слишком много, ожидая, пока монархи закончат обсуждение, но ему явно не нравилось, как Ясна нагло вмешивается в военные вопросы.

Это было мужское искусство, а ведь самому Рутару сегодня запретили выступать.

Глядя на него, трудно было не согласиться с тем, что Ясна говорила об Алеткаре. Великое объединенное Гавиларом королевство не просуществовало и десяти лет после его смерти, прежде чем, по сути, разразилась гражданская война. Склоки алети закончились в пользу таких людей, как Рутар. Скользких, воинственных, агрессивных. Это были отголоски старого Алеткара.

Ясна превращала себя в приманку.

И Рутар наконец-то клюнул.

– Я что, один это вижу? – демонстративно громко спросил он у своей свиты. – Я промолчал, когда она стала королевой. У других народов есть королевы. Но разве кто-нибудь из них в этом шатре допрашивает генерала?

Одна из спутниц попыталась успокоить великого князя, но он отмахнулся, крича:

– Это позор! Далинар научился писать? С таким же успехом он мог бы надеть хаву и начать рисовать. Мы заслуживаем суда Всемогущего после того, как отдали трон безбожной шл…

Он вовремя остановился, возможно осознав, что в шатре все оцепенели.

Далинар шагнул вперед, чтобы отчитать Рутара. Теперь ему ничего не оставалось, кроме как…

– Шут, – ледяным голосом позвала Ясна.

Шут шагнул вперед, раскинув руки, словно вышел из-за кулис навстречу восхищенной толпе.

– Вижу, Рутар, ты завидуешь тем, кто лучше владеет мужскими искусствами, – сказал Шут. – Я согласен, тебе не помешали бы наставления о том, как быть мужчиной, но те, кто находится в этом шатре, преподают уроки слишком для тебя мудреные.

Позволь мне позвать евнуха, чтобы он тебя проинструктировал, и, как только достигнешь его уровня, мы продолжим разговор.

– Жестче, – сказала Ясна.

– Ты говоришь о чести, Рутар, хотя понятия не имеешь, что она собой представляет, – продолжил Шут, повышая голос. – Но тебе ее не найти. Видишь ли, я спрятал твою честь там, куда тебе не добраться: в объятиях кого-то, кто по-настоящему любит тебя.

– Шут, – сказала Ясна.