Альмод

Дорога до замка затянулась на час сверх того, что обещал Горт. Последнюю остановку они сделали в дворцовой кузнице Бранда Болли, величайшего мастера всего севера. Месяц назад Горт заказал себе новые доспехи и теперь пришел посмотреть на работу. Броня из закаленной стали, покрытая слоем серебра. Север богат на железо, уголь и серебро, поэтому каждое оружие или доспех, выкованные кузнецом, обязательно содержали в себе сплав серебра, чтобы можно было убить нечисть.

Броня, точно повторяющая контуры тела человека, сидела свободно, не мешая Горту двигаться и наносить быстрые удары.

– Отличная работа, Бранд. Я пришлю этого паренька за доспехами и с золотом для тебя завтра.

– Рад служить вам, милорд!

Еще через полчаса Горт и Керуш уже были у замка. Увидев принца, стража сразу открыла ворота. Проходя мимо, Горт радушно поприветствовал их.

– Как ночная служба, парни? – улыбаясь, спросил он у стражников.

– Все тихо и спокойно милорд, только съесть хочется чего-нибудь горячего, а то уже седьмой день на одной каше.

– Таких бойцов нужно кормить отборным мясом! – пошутил Горт, похлопав стражника по плечу.

Воины сразу повеселели.

– Парень, ступай на кухню и скажи повару, что я велел накормить стражу горячей похлебкой, и проследи, чтобы каждому досталось по куску мяса. Еще хочу, чтобы завтра с утра ты привез мне доспехи. Не забыл, где находится кузня?

– Нет, милорд. Я все исполню.

– Хорошо, – улыбаясь, произнес Горт и кинул пареньку кошель с монетами.

В свои восемнадцать Горт был умерен и рассудителен во всем, кроме женщин и выпивки.

С четырнадцати лет он стал желанным гостем для каждого торговца любовными утехами. В каждом борделе любого города хозяева держали для принца специальную так называемую «королевскую комнату». В делах любовных, как и в битве, принц не знает усталости и жалости. В шестнадцать лет отец отправил его подавить мятеж лорда Гисли Орма. Когда Горт ворвался во вражеские ряды, авангард мятежного лорда обратился в бегство, заражая паникой остальные войска.

Прибив к воротам Кольхольда голову Гисли, коронованную воткнутыми в череп стрелами, он запретил ее снимать. Вороны выклевали ей глаза и язык, мухи доели остальное, но череп и по сей день украшает ворота Кольхольда, напоминая всем о том, что ждет любого предателя.

Горт вошел в тронный зал. Отец сидел за столом, подписывая грамоты и указы, которые подавал ему Рольф.

– Хах, вот и ты наконец-то. Я ожидал увидеть тебя еще утром, Горт! – сказал Гарольд Альмод.