Без причины

Тьфу-тьфу-тьфу, – Жанка пальцами стала тереть свой язык. – Ве-е-е! Язык поганый! Но зато этот гад убил папиного друга и жену ещё одного друга тоже убил.

– Весело у вас. На «Skillet» не передумала идти?

– А ты билеты раздобыл?

– Без билетов пойдём, я знаю лазейку.

– Проблемка. Меня родаки не пустят. Я тебе говорю, у нас всё серьёзно.

– У вас всегда всё серьёзно. У нас с тобой первый секс будет, когда тебе девяносто исполнится.

– Не веришь?! Приходи и посмотри своими глазами. У нас во дворе мужики с оружием ходят.

Камеры устанавливают, сигнализацию. Всё как в крутом кино.

– Хорошо, если я приду, секс будет?

– Я подумаю.

– Это не серьёзно.

– Проберёшься тихонечко в старый гараж, чего-нибудь придумаем.

– Ловлю на слове.

– Стой, дурачок, я…

– Первое слово, дороже всего остального, – выкрикнул Сашка. – Я тебя на мобильник наберу. Жди звонка.

В трубке раздались гудки.

– Лопух, – произнесла Жанка в трубку с гудками, – я всё что угодно скажу, лишь бы ты без меня на «Skillet» не пошёл.

Мало ли кого ты там можешь повстречать.

8. Рассказывал Осипович Андрей

По лицу Максима я понял, что он несёт мне плохую новость. Он выскочил из дома, как шальной ветер, и быстрым шагом направился ко мне.

– Что случилось?

– Витьку Еремейчика застрелили прямо в его квартире! Раецкая к нам едет. У неё накопилась куча вопросов по всем этим убийствам. Убивают нас, дружище, одного за другим, и мы ничего не можем с этим поделать.

– Не могли, – уточнил я.

 – А теперь можем. Надо полностью рассказать, как выглядят наши убийцы. Описать Раецкой всё до мельчайших деталей. Кто что запомнил.

В висках застучало. Опасность! Опасность! Опасность! Эти твари продолжают свой беспредел. Кто следующий? Увидев дочь, сидящую с телефонной трубкой на скамейке, я с перекошенным от злости лицом бросился к ней.

– Я что тебе сказал! – заорал я на Жанку и схватил её за плечо. – На улицу не высовываться! В дом немедленно иди!

– Больно, дурак, отпусти!

В ярости, не соображая, что делаю, я повёл её в дом силой, не обращая внимания на то, что она пытается вырваться.

– Папа, что ты творишь?! – зарыдала Жанна. Она выронила трубку. Лицо её стало красным от негодования.

– В дом иди, я сказал!

– Я сама буду решать, что мне делать! – завопила Жанка. – Не смей так со мной!

Ей удалось вырваться, и она влепила мне оплеуху.

– Мне уже семнадцать лет. А ты так со мной! – Жанна бросила взгляд на Максима.