Слова сияния

Веденка была в опасной близости от того, чтобы полностью провалиться в Шейдсмар, и едва видела вокруг себя отпечатки физической реальности. Только бусины. Она чувствовала, что в любой момент может рухнуть в стеклянное море.

– Пожалуйста, – сказала Шаллан, обращаясь к сфере. – Мне нужно, чтобы ты стала огнем.

Узор зажужжал – его голос изменился, когда он заговорил за сферу.

– Я ветка, – сказал он с явным удовлетворением.

– Ты можешь стать огнем.

– Я ветка.

Ветка не блистала красноречием.

Шаллан решила, что это неудивительно.

– Почему бы тебе не стать огнем?

– Я ветка.

– Как мне заставить ее измениться? – спросила девушка у Узора.

– Ммм… Не знаю. Ты должна ее убедить. Предложить ей правду, может быть? – Он был взволнован. – Это место опасно для тебя. Для нас. Пожалуйста. Быстрее.

Она перевела взгляд на ветку:

– Ты хочешь гореть.

– Я ветка.

– Только подумай, как это будет весело!

– Я ветка.

– Буресвет! – воскликнула веденка. – Он может стать твоим! Весь, что у меня есть.

Пауза. И потом:

– Я ветка.

– Веткам нужен буресвет. Для… разных вещей. – Шаллан сморгнула слезы усталости.

– Я…

– …ветка, – договорила девушка.

Она сжала в руке сферу, ощущая одновременно ее и ветку в физическом мире, пытаясь придумать еще какой-нибудь довод. На миг усталость отступила, но потом вернулась и обрушилась на нее. Почему…

Буресвет заканчивался.

Он иссяк через миг, вышел до последней капли, и веденка провалилась в Шейдсмар с тяжелым вздохом, чувствуя себя опустошенной и измотанной.

Шаллан упала в море сфер, погрузилась в жуткую черноту из миллионов подвижных частей.

А потом вырвалась из Шейдсмара.

Сферы вытянулись, превращаясь в палки, камни и деревья, восстанавливая знакомый мир. Она с колотящимся сердцем рухнула обратно в маленькую рощу.

Все вокруг сделалось обычным. Ни далекого солнца, ни стеклянного моря. Просто леденящий холод, ночное небо и кусачий ветер, который дул среди деревьев.

Единственная сфера, которую Шаллан осушила, выскользнула из ее пальцев и со стуком упала на землю. Она оперлась о сундук Ясны. Его пришлось волочить от берега к деревьям, и руки все еще болели.

Испуганная веденка сжалась в комок.

– Узор, ты умеешь разводить огонь?

У нее стучали зубы. Буреотец! Она уже не чувствовала холода, но у нее стучали зубы, и дыхание превращалось в пар, видимый в звездном свете.

Накатила сонливость.