Гайгеры

– О, Боже, помоги, – внезапно во сне зашептала Светлана.

Сергей покосился в сторону жены. Она облизала губы, повернулась на бок и тут же закричала:

– Нет… не надо!

Сергей схватил её за плечо и стал трясти, чтоб вырвать из цепких лап кошмарного сна. В это же мгновение что-то острое резануло его под самым глазом. Он вскрикнул от неожиданности и увидел, как подскочила в кровати его жена:

– О-ёй… о-ёй, – пробормотала она, – неужели это только сон.

И как только она замолчала, во всё горло, разрывая свои голосовые связки, завизжала Дашка.

Визглов мигом слетел с кровати и выскочил в коридор, в котором сам по себе загорелся свет. Он мимолётом глянул на выключатель и заметил, что тот заляпан кровью.

Сергей ворвался в детскую комнату, и крик ужаса застрял у него в глотке. В комнате вместо двух кроватей стояла только одна – и то она находилась по середине этого узкого помещения. И с этой кровати на него смотрел перепуганный до смерти мальчишка.

– Они опять лизали мои руки, – произнёс он.

– Папа, он дотронулся до моего лица, – взволнованный голос Дашки заставил Сергея повернуть голову влево.

На кровати у стены стояла старшая дочь.

– Всё уже хорошо, доченька, я с тобой, – сказал Визглов.

– Папанька, – ворвался в его сознание голос Татьяны, и он увидел её на том месте, где только что находилась кровать с перепуганным мальчиком.

– Папанька, мне страшно, – завыла она.

Сергей включил свет, протянул руки к младшей дочери и взял её на руки. Колготы у неё были мокрые. Она тряслась как заведённая кукла, её колотило от страха.

В голове Визглова всплыл выключатель, заляпанный кровью. С дочерью на руках, он вышел в коридор и встретился взглядом с перепуганной женой. Выключатель был чист, но свет в коридоре горел.

– Ты же сейчас не включала свет? – так на всякий случай спросил Визглов.

– Включала… пару секунд назад. Что у тебя с лицом?

– Не знаю… такое было ощущение, как будто какой-то зверь меня царапнул.

– Что за зверь?

– Света, если б я знал! Я его даже не видел…

12

– Ты не поверишь, Семён, я по всему второму этажу пробегал с иконой, пугая молитвой каждый тёмный угол, – рассказывал ранним утром в беседке Сергей.

 – Я перекрестился раз сто, настолько мне было страшно.

Радецкий старший взглянул на глубокую царапину под правым глазом.

– Если б не кровавый рисунок под твоим глазом, дружище, я б рассмеялся.

– А вы с Лизкой спокойно спали? Вас ничего не беспокоило?

– Да всё вроде нормально.