Приют для животных. Триллер

Пускай приходит, – зевая, произнёс Андрей, – Только ты его приучи за собой тарелку мыть, а то он какой-то не от мира сего. Не приучен ни к чему житейскому.

– Не переживай, – огрызнулся Витя, – Приучу… Хотя он не животное, а человек. И сам догадается, что за собой необходимо убираться.

23

Семён лежал на диване и выпученными глазами смотрел в потолок. Над ним склонился милиционер-фотограф и сделал несколько снимков.

– Жаль мальчишек, недолго они веселились, – сказал он и переместился к Кириллу – тот лежал на полу.

По нему было видно, что его перед смертью очень сильно скрючило от боли.

Милиционер-фотограф вздохнул и добавил к сказанному:

– Им, наверное, даже шестнадцати нет.

– Двумя алкашами на земле стало меньше, – прохрипел Хмельницкий, который мечтал побыстрее оказаться дома. Время уже давно перемахнуло за час ночи, а ему приходилось стоять тут у форточки, курить и изображать из себя старшего опергруппы.

– Скажешь тоже, – буркнул эксперт-криминалист Пыжиков, надел на руки перчатки, достал оставленную под столом полулитровую бутылку из-под спирта, махнул рукой над горлышком и принюхался.

 – Знакомая радость, – сделал вывод он, – Хит сезона: стеклоомыватель «Весёлое солнышко».

– Видно, что умерли в муках, – сказал Хмельницкий. – Минут пять точно корчились от боли, прежде чем ласты склеить.

Фотограф взглянул на Кирилла и сразу же представил своего сына, который запросто мог оказаться в компании этих двух мальчишек.

– И живёт же где-то эта гнида, – пробормотал он и покрутил головой, – которая продаёт глупым подросткам вот такую гадость.

– И знаешь, что самое главное обидно, – заметил Пыжиков, – что эта гнида свободно ходит по земле, здоровается за руки с нормальными людьми и улыбается им, как ни в чём не бывало.

Хмельницкий глубоко затянулся и выпустил струю дыма.

– Нет, обидно другое: то, что многие знают, чем занимается эта гнида, но не сдают его из-за каких-то ложных убеждений или из-за дружеских соседских отношений.

А это животное, благодаря вот таким добрым законопослушным гражданам, наслаждается жизнью и творит свой беспредел.

24

Сашка Трусов встал очень рано, покормил хлебом Цезаря и Марсика. И благодарные собаки стали вылизывать ему руки.

Сашка достал из кармана кусочек хлеба и сырую сосиску.

– Так, всё, отстаньте! – прикрикнул он на собак, – Пойду ещё Маринку покормлю. Она тоже есть хочет.