Проклятие одиночества и тьмы

Я продолжаю пялиться на ее светлые волосы, на неподвижную руку, касающуюся земли. Этот тип может оказаться торговцем органами. Она же может быть мертва или близка к смерти. Не могу просто стоять и ничего не делать.

Я снимаю кроссовки, чтобы моя дурацкая нога не тащилась с шумом по асфальту. Передвигаться быстро при желании у меня получается, но делать это еще и бесшумно – сложная задача. Я срываюсь с места и поднимаю вверх монтировку.

Незнакомец оборачивается в последний момент, но именно это, наверное, спасает ему жизнь.

Он охает и спотыкается. Девушка падает и растягивается на тротуаре.

Я снова замахиваюсь для удара, но он реагирует слишком быстро. Он блокирует меня и тут же бьет локтем в грудь, параллельно делая подсечку. Я падаю еще до того, как начинаю осознавать, что вообще происходит. Тело с силой ударяется о землю.

Внезапно мужчина уже почти лежит на мне. Я начинаю отбиваться. Не получается двинуть по голове, но зато удается двинуть ниже пояса, а потом еще и по ребрам.

Противник хватает меня за запястье и прижимает мою руку к тротуару. Я визжу и пытаюсь вырваться, но его колено давит мне на правое бедро, а свободная рука – на грудь. Мне очень больно.

– Брось оружие, – говорит мужчина с акцентом, который у меня не получается распознать. И теперь, когда его лицо над моим, я понимаю, что он молод – ненамного старше Джейка.

Я еще сильнее сжимаю монтировку. Мое частое дыхание вырывается из груди облачками и рассеивается между нами.

Я наношу удары свободной рукой, но с тем же успехом могла бы лупить статую. Он усиливает хватку на моем запястье настолько, что я реально начинаю думать, что кости уже соприкасаются друг с другом.

Из горла вырывается всхлип, но я сжимаю зубы и не сдаюсь.

– Бросай, – снова повторяет незнакомец. Его голос становится жестче от злости.

– Джейк! – кричу я, надеясь, что уже прошло достаточно времени и брат уже в пути. Тротуар вонзается холодными кинжалами в спину, каждый мускул болит, но я продолжаю вырываться.

 – Джейк! Кто-нибудь! Помогите!

Я пытаюсь выцарапать глаза обидчику, но он сильнее сжимает мое запястье. Наши взгляды встречаются, и я не вижу в его глазах ни тени сомнения. Мне сейчас сломают руку.

Где-то неподалеку завывает сирена, но уже слишком поздно. Я снова пробую оцарапать незнакомцу лицо, но вместо этого задеваю его шею. Кровь окрашивает мои ногти, и его взгляд предвещает мой скорый конец.