Большая книга триллеров. Жуткие истории на ночь

Ручка дернулась ещё раз, и внезапно из-за двери раздался голос девочки:

– Открой! Это я – Ритори!

Михаил вскочил с постели и испуганно переспросил:

– Кто?

– Я! Ритори! Открывай, чего ты ждёшь?!

– Папа, кто там? – заворочался Артём, а потом со страхом посмотрел на входную дверь.

Михаил ничего не ответил и машинально потянулся к ручке. В этот же момент ручка двери бешено задёргалась.

– Открой же! – раздался настойчивый голос девочки за дверью.

– Папа, не открывай! – в панике закричал Артём.

Михаил почувствовал такой ужас, что несколько секунд простоял в шоке, с открытым ртом.

– Я не знаю, кто ты! – заговорил он дрожащим голосом. – Уходи отсюда! Я тебе не открою!

В ответ Михаилу сильно затряслась дверь, и раздался звонкий смех девочки. Смех становился всё тише, тише, пока окончательно не растворился в ночи…

– Папа, что нам делать? – дрожащим голосом спросил Артём.

– Ложись спать, – отрешенно ответил Михаил. – Она ушла.

– Кто – она?

– Ритори.

20

Как только рассвело, Михаил тихо открыл дверь, вышел из своего номера и включил свет в каминном зале. Постучался в номер жене и спросил, всё ли у неё в порядке. Удивлённая Лариса ответила, что всё нормально. Он извинился и спустился по крутой лестнице во двор (первый и второй этаж, не имели лестницы, которая их объединяла, на каждом были свои входы и выходы).

Михаил с фонариком в руках направился к старому заброшенному зданию. Зачем это ему понадобилось, он и сам толком не мог бы объяснить.

Михаил обошёл здание вокруг и не увидел в нём ничего страшного. Дом как дом. Только почему-то никому не нужный. Интересно, почему? Что в нём не так? Сделать бы ему капитальный ремонт, и здесь вполне могли бы отдыхать люди.

Он не заметил, как подошёл к входным дверям. Постоял возле них, разглядывая частично осыпавшуюся стену. Затем дотронулся рукой до стены, и она ему показалась горячей.

Михаил потянул на себя ручку двери и вошёл в здание. Несмелым шагом прошел первый этаж, поднялся на второй и приблизился к окну, на стекле которого было написано чем-то чёрным: «Ритори». Очень похоже на маркер или фломастер, отметил он про себя и внимательно осмотрелся по сторонам, осветив фонариком стены и пол.

Затем вновь повернулся к закрытому окну, посмотрел на стекло и воскликнул: «Не может быть».

«Тише – тишь – тише, – вдруг зашептали стены.