Галактика Стервочек. Часть Первая

Она проследила, как её сестра устраивается на их ложе:

– Я достойна подойти к кровати, на которой возлежишь ты?

– Конечно! Не выкаблучивайся – иди скорее, погреемся…

– Зачем торопить Пиршество Любви – оно и без того быстро заканчивается?!

– Между сёстрами оно может продлеваться до бесконечности! Это мужчины – иссекаемые источники наслаждения!

– Когда ты разрешала Стервозавру лечь рядышком, он с какой стороны к тебе приноравливался?

– Я не запомнила…

– А мне с какой подойти?

– С любой! Как я, так и ты с любого бока выглядим неплохо!

– Ляг, пожалуйста, по середине.

Белка обошла и залезла на постель через заднюю спинку.

Своё близкое знакомство – то, что случилось в восьмиугольной беседке, было уже не в счёт – с Леночкиным телом, Вика начала с того, что принялась обнюхивать её с ног. По мере того, как голова с белыми волосами приближалась, Леночка стала гладить её. Дойдя до груди, Вика приложила ухо, чтобы послушать сердце.

– Как хорошо оно стучится! Знаешь, мне довелось увидеть исковерканные, растерзанные тела своих любимых … как жутко это пахнет!!

«А ведь ты хотела, чтобы она тебя растерзала?!» – упрекнула себя Чёрненькая.

Беленькая села на неё сверху, обхватив икрами и прижав своими красивыми округлыми половинками. Леночка почувствовала, как через места соприкосновения в неё потекло тепло. Вдруг, в каком-то порыве Вика прижалась к ней и, обхватив голову, стала губами ощупывать её макушку, едва не столкнувшуюся с плитой. Вика дотошно изучила всё, что было под чёрными волосами, лишь убедившись, что всё целое, выпрямилась.

– Живая, дурочка! Живая! Как ты могла так… знаешь ведь, что я бешеная! Не могу спокойно воспринимать…– Вика всхлипывала, на грудь Леночки скатилось несколько слезинок.– Знаешь же, что для меня здесь последнее пристанище, больше у меня родных душ нету…

У Чёрненькой ёкнуло в груди: впервые эта белокурая девочка всерьёз почувствовала себя мамой: у неё появилась ответственность за будущее своих малышей. Вчерашняя уличная беспризорница призналась, что уязвима – не сможет дать отпор.

Хочет, чтобы её пожалели. «Она просит тебя не нападать на неё! Дай ей обещание, которое будешь выполнять, чтобы не случилось – как это делает она!»– потребовал мозг от органов речи, и губы уже открылись. Тем не менее, её скверный характер – спрятавшись где-то в глубине извилин и пучков нейронов, сжался в жёсткую пружинку: для него сохранился шанс взять реванш и доказать свою непокорность.