Гимназистка. Под тенью белой лисы

 – Не думаешь же ты, что тебе позволят пробегать без клана долго? Тем или иным способом… – она сделала выразительную паузу, наверняка напоминая о том, как она сама приняла меня в клан, не удосужившись уточнить, нужно ли мне это, – ты попадешь в какой-нибудь клан, где к тебе не будут столь дружелюбно относиться, как в родственном.

Я насмешливо хмыкнула. За время нашего общения дружелюбия со стороны Рысьиных я не заметила, как и желания по-родственному поддержать, а вот использовать пытались и Фаина Алексеевна, и Александр Николаевич.

Юрия я вообще в расчет не принимаю: он, словно марионетка, вел свою партию только тогда, когда его дергали за веревочки. Чрезвычайно несамостоятельный офицер, такому командование поручать нельзя, только демонстрацию красивой формы. Вот с этим он справляется на отлично. Можно сказать, образцовый манекен.

– Лиза, я ведь уже предложила все забыть и начать отношения с чистого листа. Поговорим как взрослые люди. Ведь ты же взрослая, состоявшаяся личность? Сколько тебе лет было до того, как ты попала сюда? Уверена, куда больше, чем этому телу.

Ровесница Лизы не придумала бы столь хитроумный план. Она бы даже из города не выбралась. Кстати, как тебе вообще удалось это сделать?

Доброжелательный тон хвалебной оды портили напряженность позы и нездоровый блеск глаз.

– С Велесовой помощью, – почти не покривила душой я. Про Песцова упоминать вообще не стоило, ибо уж этот прохиндей точно сделал бы все, чтобы у меня ничего не получилось. – Что касается моего прошлого, то я о нем совершенно ничего не помню.

Вполне возможно, что я и не занимала чужое тело, а вернула свое.

– Характер не спрячешь, – чуть криво улыбнулась Рысьина, явно не желавшая принимать такую версию.

– Характер мог поменяться после устроенной любящей бабушкой встряски. Не всякую барышню в одночасье выбрасывают из клана как ненужную вещь.

– Я действовала в том числе и в твоих интересах, – с непоколебимой уверенностью бросила княгиня. – Не будешь же ты отрицать, что получила столько, о чем некоторые и не мечтают: и зверя, и усиление магии.

Ты мне еще спасибо скажешь, если хорошо поразмыслишь. Но полноте говорить о прошлом. Рысьины не могут жить в таких условиях. – Пренебрежительный кивок на мое жилище. – Это потеря лица клана. У нас всегда было все самое лучшее.

– Очень миленькая комната, – не согласилась я. – Зачем мне больше? Вещей у меня все равно нет.

Я встала и выразительно поскрипела дверцей шкафа.