Гимназистка. Клановые игры

Не успел он опять уйти в лечебницу, как появилась Оленька, жаждущая помочь разобраться со сложной гимназической программой, для чего ею были принесены учебники, о потере которых я столь непредусмотрительно сообщила утром.

– Мы решили скинуться всем классом, – гордо заявила она, вручая мне стопку перевязанных ремешком книг. – Даже на тетради хватило. И дневник.

– Спасибо, – выдавила я, осознав масштабы приближающейся катастрофы.

Такая огромная стопка – и все придется учить? Но я совсем ничего не помню! Как бы не посчитали уровень моих знаний достаточным только для первого класса.

Ведь нигде не сказано, что гимназия обязана отрабатывать плату за обучение в конкретном классе.

– Начнем с самого сложного – математики, – решительно объявила Оленька, положив конец моей панике. – У меня самой с ней не очень хорошо, так что, если не справимся, девочки вечером помогут.

Выяснилось, что с математикой плохо только у Оленьки, у меня, напротив, хорошо. Правда, создавалось впечатление, что я вспоминаю что-то давно забытое, знания всплывали, словно пузыри воздуха на болоте, медленно и неохотно.

Но, главное, всплывали. Я приободрилась. И совершенно напрасно, поскольку, когда речь дошла до истории, всплывать ничего не захотело. Вот совершенно. Казалось, все эти имена и даты вижу впервые, хотя подруга говорила, что историю я знала на отлично.

– Не переживай, – оптимистично заявила Оленька, переписывая решенные мной задачи в свою тетрадь. – Еще вспомнишь.

Если уж математику вспомнила, то историю – само собой. В самом плохом случае выучишь нужное до экзамена.

– До экзамена?

– Разумеется. Мы же каждый год сдаем, летом, – широко раскрыла глаза Оленька в ответ на мое удивление. – Хорошо, что этот год последний. В гимназии, конечно.

Она гибко потянулась и потрясла перед собой измазанными в чернилах пальцами. Ручку мы заправляли вместе, поскольку этот навык я утратила точно так же, как и знания по истории, и теперь мы обе красовались синими пятнами в самых неожиданных местах.

Так, с кончика носа пятно мне удалось удалить только после многократного намыливания и трения, и то легкая голубизна все равно осталась. Я огорченно потерла нос, что сразу же отметила Оленька и сказала, что голубой цвет мне всегда шел, после чего гнусно захихикала. Такой смех спускать я не собиралась.

– Думаешь, я твоему брату больше понравлюсь с синим носом? – провокационно спросила я.