Мягкие лапки судьбы

Но что делать? Мы уже согласились помочь…

Следующий час мы занимались почти рабским трудом в пользу приютившего дома. Хотя почему почти? Работа за еду и проживание – самое настоящее рабство. Ягоды были красивые, но кислющие, так что даже полакомиться не удалось. Каролина пыталась подбодрить не столько меня, сколько себя воспоминаниями о тетушкином пироге, но получалось плохо. Даже одна-единственная корзина наполнялась так медленно, словно на дне ее был портал, телепортирующий вишню прямо на кухню к повару, который сразу пускал ее в дело.

Этим я себя и утешала, каждый раз заглядывая в корзину, чтобы оценить, сколько еще осталось, хотя прекрасно видела, что никакой магией там и не пахнет. Но обманываться было так приятно…

– Какие вы молодцы, – радостно возвестила инора Мюрре, незаметно появившаяся позади нас, – столько уже набрали. А я тоже не сидела сложа руки. Я обо всем договорилась. Пойдемте скорее, вас уже ждут.

Она выразительно расширила глаза, намекая на важность визитера, и я почему-то решила, что это Венсан.

Мало ли, вдруг у него проснулась совесть? По последнему разговору не скажешь, что она вообще у него есть, но вдруг… вдруг отходила ненадолго и вернулась?

– Только, дорогие мои, приведите себя в порядок, чтобы выглядеть как можно лучше, – инора Мюрре придирчиво нас осмотрела, – а то растрепались и запылились.

– Похоже, тетушке удалось добиться куда большего, чем Люку, – прошептала Каро.

 – Нужно было сразу ее брать. Глядишь, Венсан уже во всем признался бы.

– Да, – согласилась я, – у нее есть чему поучиться. Люка вон сколько нет, и без толку.

Платье я менять не стала, лишь умылась и поправила прическу: не стоило заставлять ждать Венсана, вдруг у него только короткий приступ благотворительности, а потом мы его не отловим? Нет, этого допустить нельзя.

По лестнице я почти сбежала, остановилась перед дверью в гостиную, задержала дыхание, нацепила на лицо любезную улыбку, чтобы мой поклонник не решил, что его будут сразу убивать, выпрямила спину и гордо вошла.

– Вот и наша красавица, – радостно пропела инора Мюрре. Венсана в гостиной не было, а ее реплика предназначалась незнакомой иноре средних лет с донельзя фальшивой улыбкой и маленькими глазками-буравчиками, которые тут же принялись сверлить меня в разных местах.