Пролетая над орочьими степями

Дракон положил руки ему на голову, посерьезнел и сосредоточился, а его подопытный внезапно ощутил, как внутри сгущается, собираясь в единый комок в области солнечного сплетения некая непонятная субстанция, ощущаемая как что-то яркое, обжигающее и прекрасное.

– Ага, почувствовал, – довольно сказал Джанни. – А теперь попробуем выпустить искру.

И Роберто ощутил, как это нечто перетекло в руку и обдало жаром кончики пальцев. Крошечная, еле уловимая искорка слетела и тут же погасла. Но он еще долго завороженно смотрел в ту точку, где только что было это чудо, не в силах поверить, что сам его сотворил.

Ну, не совсем сам, конечно, но своей магией, и с этим не поспоришь.

– Эгей, – потряс его за плечо Джанни, – не спи стоя, вредно.

– Спасибо, – сказал отмерший Роберто, – это было прекрасно. Неужели Дар нельзя как-нибудь развить?

– Предлагаешь в качестве эксперимента заняться увеличением твоего? – вкрадчиво спросил дракон, полюбовался на вытаращенные глаза собеседника и невозмутимо продолжил: – Традиционная наука утверждает, что рост происходит, только если партнеры разного пола…

– Ну знаешь, – хохотнул Роберто.

 – Нет, если бы на твоем месте была молодая прекрасная магичка, с моей стороны – никаких возражений. Но увы, ты не в моем вкусе. А другого пути нет?

– Я же не могу с тобой все время быть. Те крохи, что ты из себя выдавливаешь, этого не стоят.

– Может, есть какие-нибудь артефакты? – загорелся Роберто.

– Может, и есть, – равнодушно сказал Джанни, – только я о них не знаю.

Как ты понимаешь, мне такие приспособления без надобности.

– Драконы живут очень долго и знают очень много, – намекнул Роберто.

– Я семь лет всего как узнал, что дракон, а до этого жил в немагическом мире.

– Так ты из невест короля Марко? – хохотнул Роберто.

Эту историю, когда маги, отправившиеся за кандидатурами в жены нынешнему лорийскому правителю, по ошибке захватили еще и парня, рассказывали ему неоднократно, с многочисленными подробностями, каждый раз – разными.

Неизменно было лишь одно: маги действительно притащили в невесты из чужого мира парня, из-за чего шуточки о Марко не прекращались. И хотя лорийский сыск пытался положить конец этим слухам, получалось у них из рук вон плохо. После запрещения они лишь усиливались и обрастали подробностями, о которых бедный монарх и не подозревал. Впрочем, после истории с орочьим гаремом, подумал Роберто, Марко уже ничего не страшно. Тогда тоже поболтали, поболтали, да и забыли.