Скромная семейная свадьба

Но его грифон был здесь, а значит, и мой жених никуда не улетел.

Я уже не знала, где его искать, а Эдита только недоуменно разводила руками. Что меня заставило пойти в комнату Тересы, до сих пор не знаю, ведь это было последнее место, где мог находиться мой жених. Но он был там…

Без одежды Даниэль был необычайно красив. С отрешенным лицом он мерно двигался, вжимая Тересу в ее постель. Капли пота перламутрово поблескивали на его рельефных плечах. Из горла вырывались чуть хрипловатые звуки, которые смешивались со стонами наслаждения сестры.

Она выгибалась ему навстречу, впитывая каждое движение, каждый вздох. Ее волосы блестящими черными змеями разметались по подушке, пальцы впивались в плечи нависающего над ней мужчины, не гладя, нет, терзая его ногтями. Все это казалось каким-то нереальным, фантомным, неправильным…

Когда за моей спиной завизжала Эдита, я как будто очнулась от сна. Очнулась, чтобы увидеть вскинувшегося покрасневшего Даниэля и торжествующую улыбку старшей сестры.

– Патрисия… – только и успел сказать мой жених, теперь уже бывший, до того как я развернулась и побежала к себе.

Подушка не смогла полностью защитить меня от всех звуков, а их было много – до меня доносился и стук в дверь, и голос Даниэля, который сменился голосом мамы. Мне хотелось заснуть, проснуться и узнать, что это был лишь страшный сон, что ничего такого не было. Но нет, забыться и забыть мне было не суждено. Вечером мама нашла запасной ключ от моей двери и нарушила мое одиночество.

– Патти, мне так жаль, так жаль, что все так получилось, – горестно сказала она.

 – Но ты же понимаешь, что теперь и речи не может быть о вашем браке?

– Я не вышла бы за него после увиденного, будь он даже последним мужчиной, – резко ответила я.

В голове шумело, почему-то тошнило от одних мыслей о Даниэле и Тересе, и очень хотелось, чтобы меня опять оставили одну.

– Хорошо, что ты это понимаешь, – облегченно сказала мама, – ведь теперь он обязан жениться на Тересе. Боги, такой скандал! – запричитала она.

 – За что нам это?

Но мне не было никакого дела до того, что о нас будут судачить соседи. Ужасная, ни разу не испытанная доселе боль терзала меня изнутри. Лучше бы он сразу женился на Тересе, и не было бы этого призрака сияющего счастья, разбившегося сегодня на тысячи мелких тусклых осколков. Мама пострадала еще немного и ушла, а на смену ей пришла та, кого я сейчас желала видеть еще меньше, чем Даниэля.

– Патти, к чему это представление? – спокойно сказала она.