Туманы Унарры

– Держите, – слуга поставил перед Неллой на стол тарелку с парой аппетитных гренок и добавил в чашку кофе. – Врать нехорошо и обманывать законного мужа тоже, но я сделаю вид, что ничего не видел и не слышал. Да вас у нас дома вообще не было.

Он заговорщицки подмигнул, намекая, что все Антонеллины тайны сохранит и не выдаст не то что широкой публике, но и в узком кругу.

– А ведь вы мне понравились, – продолжал слуга ее воспитывать, – выглядите такой приличной иноритой, а на деле получается, что Морини-то честнее вас.

Она хоть не врет, что жена инора капитана. Вот ведь как получается, внешность обманчива.

Он обиженно вздохнул.

– Я жена вашего капитана. Действительно его жена!

Антонелле казалось: еще немного – и она разрыдается прямо на этой кухне. Да что он себе позволяет, в конце-то концов?

– Инор капитан о вас перед уходом ничего не сказал – это раз, – принялся загибать пальцы слуга. – Раньше я вас не видел и о вас не слышал – это два. Вещей у вас в этой квартире никаких нет – это три.

И где работает ваш муж, вы не знаете – это четыре. Достаточно? Да вы ешьте, ешьте. Чтобы потом не говорили, что вас голодной из дома инора капитана выгнали.

– Выгнали? Я собираюсь дождаться здесь мужа, – твердо ответила Нелла и вгрызлась в гренку.

– Инор капитан никаких распоряжений на этот счет не давал, – возразил слуга. – А поскольку мне нужно идти на рынок, оставить в квартире постороннего человека я не могу, уж простите. Подождете на улице, если уж так приспичило.

– Отправьте к инору капитану на работу посыльного, я оплачу, – предложила Нелла.

 – На улице я ждать не собираюсь. Правда, у вас здесь такой свинарник, что лучше уж на улице.

– Были бы женой, убрали бы, – насмешливо сказал слуга. – Это пять.

– И уберу!

Антонелла подумала, что пока будет убирать, непременно найдет хоть какие-нибудь бумаги, где указано, как же все-таки зовут ее мужа. А уж вооружившись этими знаниями, можно и на работу к нему пойти. Все же слова «Я ищу инора такого-то» намного более весомы, чем «Мне нужен капитан, небритый и опухший».

– Да кто ж вам разрешит-то? – заупрямился слуга. – Мало ли чего вы наубираете. Ладно, посыльного отправлю. Но если инор капитан напишет – выставить, уж не обессудьте.

Правда, в голосе его появилось небольшое сомнение, но Антонеллу оно не утешило, так как ее посчитали уже не только лгуньей, но и воровкой.

– Можно подумать, у меня не было возможности что-то взять, если бы я захотела, – процедила она.