Российские мудрости на пути правителя

Игорь произвольно увеличил величину дани прежних лет, при её сборе дружинники творили насилие над жителями. На пути домой Игорь принял неожиданное решение:

«Поразмыслив, сказал своей дружине: «Идите с данью домой, а я возвращусь и похожу ещё». И отпустил дружину свою домой, а сам с малой частью дружины вернулся, желая большего богатства. Древляне же, услышав, что идёт снова, держали совет с князем своим Малом: «Если повадится волк к овцам, то вынесет всё стадо, пока не убьют его; так и этот: если не убьём его, то всех нас погубит» […] – и древляне, выйдя из города Искоростеня, убили Игоря и дружинников его, так как было их мало.

И погребён был Игорь, и есть могила его у Искоростеня в Деревской земле до сего времени».

НАРОДНЫЕ МУДРОСТИ

Приходит как-то еврей к раввину и говорит:

– Ребе, у меня есть два гуся: один белый, другой чёрный. Скоро у меня праздник, и одного гуся надо зарезать. Какого мне резать?

Ребе:

– Зарежь белого.

Еврей:

– Не могу, чёрный плакать будет.

Ребе:

– Тогда зарежь чёрного.

Еврей:

– Тоже не могу, белый плакать будет.

Ребе:

– Тогда зарежь обоих.

Еврей:

– Тогда я плакать буду. Мне-то надо одного зарезать. Второго жалко просто так резать.

Ребе:

– Послушай, я не могу помочь тебе в этом вопросе – я не знаю, что делать. Но тут недалеко есть православная церковь, сходи туда к батюшке – может, он поможет.

Еврей идёт в православную церковь, подходит к батюшке и говорит:

– Извините, знаю, что я человек не вашей веры, но мой ребе не может помочь мне в одном вопросе.

Может, вы подскажете, как мне быть?

Батюшка:

– Слушаю тебя, сын мой.

Еврей:

– Есть у меня два гуся: один белый, другой чёрный. Скоро у меня праздник, и одного гуся надо зарезать, а я не знаю какого.

Батюшка:

– Режь белого.

Еврей:

– Не могу, чёрный плакать будет.

Батюшка:

– Да и х#й с ним…

* * *

– Пройдёмте, гражданин.

Ведут его к Берии. Вот, мол, какие речи допускает этот враг народа. Берия мужичка без разговоров к Сталину.

Доложил подробно. Сталин с трубкой ходит по кабинету и так задумчиво спрашивает:

– Дорогой товарищ, когда ви гаворыли «усатый чёрт», ви кого имели в выду?

– Гитлера, кого ж ещё!

– А ви, Лаврэнтий Павлович?

* * *

Американец, англичанин и русский хвалятся прочностью своей резины.

– У нас один упал с 100-го этажа, – говорит американец. – К счастью, он приземлился на ноги, подошвы спружинили, и он снова взлетел на 100-й этаж.