Уроки обольщения

Сможет ли она когда-нибудь посмотреть ему в глаза? Но ведь ей придется, не так ли? Внезапно она вспомнила, что не ответила на его предложение.

Клэр бросилась к двери, не задумываясь о том, что леди не пристало бежать вдогонку за мужчиной.

– Мистер Лэшли! – крикнула она, когда он уже подошел к двери.

Джонатан обернулся:

– Мисс Велтон?

– Я так и не ответила на ваше предложение. – Она мысленно вздрогнула – фраза вышла несколько двусмысленной. – Для меня большая честь помочь вам улучшить ваш французский.

На его лице засияла искренняя улыбка.

– Как насчет одиннадцати утра?

Клэр окатила волна изумления. Он согласен! План Беатрис и Мэй начинал работать!

Джонатан вопросительно вскинул брови, словно чего-то ожидая.

О да. Ее ответа. Он ждал, что она скажет. Какая же она бестолковая!

– В одиннадцать? Идеально! – Клэр убрала за ухо непослушный локон, стараясь говорить серьезно, в то время как все у нее внутри трепетало от волнения.

Джонатан согласился! Конечно, пока только заниматься французским, но это лишь начало.

Глава 4

Урок оказался ужасным во всех смыслах. Прошел час, и Клэр почувствовала, что абсолютно выдохлась и не знала, что делать. Если подруги хотели, чтобы таким образом Лэшли обратил на нее внимание, то они определенно ошиблись.

Ее корсет был ужасно тугим, сдавливая и приподнимая ее грудь в новом произведении Эви – дневном бледно-зеленом платье с глубоким вырезом, но Лэшли не мог долго усидеть на одном месте, чтобы оценить ее красоту.

Он постоянно вставал из-за длинного стола в библиотеке Велтонов и подходил к окну, за которым не было абсолютно ничего интересного. В этом Клэр убедилась сама, когда, не выдержав, приблизилась к окну вслед за ним. Она решила, что, возможно, садовники работают совершенно обнаженными. Но нет. К счастью, они были одеты. За окном не оказалось ничего интересного, лишь сад и стена, отделявшая его от переулка.

Очевидно, «предметом интереса» Лэшли было нечто совсем другое. Он уже в восьмой раз проходил по комнате к окну, и, хотя она с удовольствием разглядывала его широкие плечи, обтянутые синим фраком, и длинные ноги в коричневых брюках, на которых не осталось и следа от чайного пятна, толку от этого не было никакого.