Гимназистка. Нечаянное турне

Пришлось пересказать и дальше переводить. Впрочем, Соболевой не удалось выжать из Песцова больше, чем он уже выдал. У меня создалось впечатление, что он лишь дразнил хозяйку дома, чрезвычайно возбудившуюся от прикосновения к тайне. Верил ли он сам в то, что предсказание касалось именно его?

Наконец принесли глинтвейн, и мисс Мэннинг начала цедить по глоточку, все более интересуясь разговором. Стоило бокалу опустеть, как она сказала:

– Дмитрий, я хочу вернуться в гостиницу.

– Ксения Андреевна, мы с мисс Мэннинг вас покидаем, – тут же сорвался он с места, оставив свой бокал недопитым.

Впрочем, у него это уже был второй, так что он не сильно пострадал. – Можем оставить Анну Дмитриевну. Переводчик мисс Мэннинг сегодня не понадобится.

– Пожалуй, я тоже вернусь в гостиницу, – не согласилась я. – Мы же отправляемся рано утром, не так ли?

Песцов недовольно дернул носом. Наверняка уже запланировал меня тут забыть. Но пока не подвернется другой работы, я буду держаться за мисс Мэннинг обеими руками, так что пусть не надеется, что я так бездарно потрачу выпавший шанс и спрятаться, и заработать.

В гостиницу мы вернулись вместе. Песцов предлагал взять сани для мисс Мэннинг, которая продолжала чувствовать сильную слабость. Но она отказалась, выразив желание пройтись, пусть даже для этого пришлось опираться не только на кавалера, но и на меня. Но я не возражала. После душной соболевской гостиной действительно хотелось вдохнуть чего-то свежего. Морозный воздух улицы был прекрасен, он пах свободой.

Оставалось только сожалеть о невозможности перекинуться и побегать по снегу. Но и так идти и дышать полной грудью было замечательно. Даже мисс Мэннинг к концу прогулки почти пришла в себя и начала улыбаться и шутить с Песцовым, что не помешало ей проститься с ним на пороге своего номера. Дверь за ней закрылась, а Песцов неожиданно спросил у меня:

– Как вы думаете, Анна Дмитриевна, не притворяется ли Филиппа?

– Вам лучше знать, Дмитрий Валерьевич, – заметила я. – Вы знакомы с мисс Мэннинг куда дольше моего.

Да, боги не обидели актерским талантом мисс Мэннинг, но использует ли она его против вас? Мне кажется, во время сеанса ей действительно стало плохо.

– Можно подумать, мне стало хорошо, – пробурчал он недовольно. – Тайны, библиотеки – ерунда же, Анна Дмитриевна?

– Совершеннейшая, – подтвердила я. – А какую библиотеку вам надо найти?

– Почему мне? Может, вам?

– Дух же сказал «он», – напомнила я. – «Он» среди нас был только один.