Система и структура органов исполнительной власти Российской Федерации

Признаки министерской системы

Сочетание единоначалия и отраслевого принципа обусловило важнейшее свойство министерств – персональную ответственность министров за законность и целесообразность их действий. Ответственность подобного рода нельзя было возложить ни на «приказных людей» (из-за «сплетения дел» в приказах, исключающего всякую возможность деликтного регулирования), ни на коллежских чиновников (из-за коллегиального принципа рассмотрения дел в коллегиях).

Прочими признаками министерской системы являются: 1) бюрократизм (рациональное управление); 2) внутренняя (структурная) иерархия, линейная (отраслевая) исполнительская вертикаль, субординация и координация (осуществление вертикальных и горизонтальных функций); 3) специализация и профессионализм; 4) гибкость, оперативность и адаптируемость

; 5) исполнительное делопроизводство

; 6) предрасположенность к аппаратному управлению.

Упомянем также § 68 и § 369 «Общего учреждения министерств», в силу которых «главный признак благоустроенного министерства» есть «постепенное уменьшение числа дел»

, а «первый признак благоустройства в министерстве» – «строгое сохранение подчиненности во всех отношениях»

.

3.5. Достоинства и недостатки министерской системы

Ранее мы обращали внимание на то, что министерская система совмещала в себе и индивидуальное (приказное), и институциональное (коллежское) начало. Эта особенность прежде всего выражалась в полномочиях министров.

В пределах своей компетенции министры были самодостаточными и самодовлеющими фигурами

.

Ввиду этого министерское управление не лишалось ни положительных, ни отрицательных сторон, однако последние утрачивали свойство системности (регулярности), оставаясь лишь следствием стечения неблагоприятных обстоятельств и (или) ошибочных действий конкретного министра.

Отсутствие системных недостатков

есть ключевое достоинство министерской системы.

3.6. Значение министерской системы

Деятельность (внутренняя деятельность) министерств являлась ни чем иным, как оптимизацией государственного управления, которая, в свою очередь, рассматривалась не как конечный результат, а как непрерывный процесс.

Этим фактом и объясняется «долгожительство» министерской системы: отвечая на внешние вызовы внутренней трансформацией, она сумела избежать обвинений в косности и архаичности, пережить XIX–XX вв. и триумфально войти в XXI в.

В 1861 г. М. А.