Стервочки Кирилла Граненкова

Прикрываясь за корпусами установок и станков, чтобы его нельзя было заметить из окон; Александр прошмыгнул к заветной бронированной двери. Смахнув добротную пыль с приборов – самых надёжных и внушительных в мире под знаком "Сделано в СССР", он торопливо настроил шумовой генератор. Через пятнадцать минут, когда установка нагрелась – оглушительный электромагнитный поток, из обрывков самых разных сигналов, взбудоражил окружающий эфир. Дезориентированный беспилотный аппарат заметался из стороны в сторону, потом попытался проникнуть в ангар через распахнутое окно.

Вдруг на все проёмы надвинулись прочные – отнюдь не декоративные жалюзи, управляемые из подвала, в котором сидел Александр. Озадаченно помигав телеглазом, летающий треугольник побарахтался в воздухе, восстанавливая ориентацию, затем медленно удалился восвояси.

Выключив разогревшуюся аппаратуру, Вилискунов в нерешительности снова сел в кресло оператора: произошедшее, казалось дерзкой, но бессмысленной шуткой. Кому-то понадобилось осмотреть завод, который уже ничего не производил?

– Вот если бы произошедшее было как-либо связано с моими литературными замыслами?! Тогда бы… Но всё равно – никто не поверит! …

Глава 4.

Последние тайны ростовских трущоб.

– Ну что? Побрели по хатам… Или ещё по кружечке? – спросил Константин Хафшин.

– Не знаю – что-то ничего не хочется… – вяло ответил Андрей.

– Ну, тогда – я ещё!

– Так что ты вдруг вспомнил? – вернулся к разговору старлей, отхлебнув душистой пены с аппетитного тёмного пива: – Люблю тёмное,– простодушно признался он.

– Ты был прав: это связано с историей нашего края.

– Весьма любопытно?!

– Ещё при брежневщине, во Дворце пионеров, располагался наш кружок… Сам знаешь: в те годы действовали разные следопыты, поисковики. Ездили по боевым местам, разыскивали полуразрушенные доты, откапывали блиндажи, засыпанные окопы и всякое такое. Пацаны ведь – интересно. Рисовали себе в уме, а потом многие и на бумаге, картины минувших битв. Отец у меня – отставной майор, самоходными орудиями командовал.

Многого не выслужил, квартиру в Ростове… Однако, патриот неисправимый: вся хата и сейчас завалена книгами по истории Русской Армии. Ну, и я пристрастился разглядывать эскизы орудий, самоходок – читать про них восторженные очерки. Потом поступил в тот кружок. И лишь здесь я узнал, что история – к счастью, не только войны. Мне раньше и в голову не приходило, что обычные вещицы, пережив свою эпоху, могут рассказать обо многом.