Решительная леди

– Ничего запрещенного!

– Я вас понял, мисс Саттон. Вы хотите, чтобы я закончил яхту или нет?

Рано или поздно они все равно разойдутся во взглядах на значение слова «запрещенный».

– Мы все еще не выяснили, почему именно вы должны это делать, – с вызовом ответила Элиза.

– Потому что я строил суда для пашей и для гибралтарских[1 - Гибралтар – город и порт на юге Пиренейского полуострова, владение Великобритании.] контрабандистов, которые обгонят все, что Королевский темзенский клуб может спустить на воду.

Вы слышали о «Королеве Медб»[2 - Медб – одна из центральных фигур ирландской мифологии, героиня Уладского цикла, согласно которому является воинственной королевой Коннахта – провинции на западе Ирландии.]? – По глазам Элизы Дориан понял, что слышала. Так, значит, принцесса не просто хотела денег. Принцесса действительно разбиралась в кораблестроении. – Это самое быстрое судно Средиземноморья. И его построил я.

Построил и потерял, к превеликому сожалению. «Королева Медб» была мечтой Дориана, но в конце концов ее пришлось отпустить.

Будут другие суда, другие мечты, так он себя успокаивал, но после возвращения в Англию возможностей заполучить корабль предоставлялось не очень много. До сегодняшнего дня. Яхта может стать обратным билетом до Гибралтара, до старой жизни Роуланда, к которой нельзя вернуться без быстроходного корабля.

Дориан провел рукой по гладкой, уже отшлифованной балке. Яхта однозначно выйдет отличной. В его груди проснулось знакомое чувство, кровь побежала по венам быстрее, руки загудели, так сильно хотелось взяться за инструменты.

Но принцессе это возбуждение показывать не стоит. Пусть она считает, что только ей нужна яхта.

– Вы построили «Королеву Медб»? – спросила Элиза с сомнением.

– И не только ее. Но она была моей любимицей.

И это сильное преуменьшение.

– Я же говорил тебе, Элиза, он лучший, – наконец вмешался в разговор Уильям.

Он, очевидно, был рад тому, что переговоры вела сестра. Дориан жалел, что плохо помнил этого юношу.

Мисс Саттон внимательно посмотрела на него. По глазам было видно – в ней борются надежда и отчаяние. Можно ли отпустить его? Элиза знала: нельзя. Кроме Дориана никто не согласится на ее предложение. И он чувствовал, что она в безвыходном положении, хотя пытается действовать осторожно.

– Вы много времени провели в Средиземноморье, которое славится морским разбоем.

– Там теперь гораздо безопаснее, – пробормотал Дориан.