Цвет твоей крови

Волосы, правда, подкачали…

– А что с ними не так?

– Подстрижены коротко, как у низших. Длинные волосы – древнейшая привилегия готангов, и только готангов. В старые времена порой вместо казни или тюрьмы готангов стригли наголо, это считалось величайшим позором…

– Я же в таком случае буду бросаться в глаза как не знаю кто…

– Не будешь, – заверил Грайт. – Есть отличное объяснение. Ты только что переболел клотилем. Это такая не тяжелая, но докучливая хворь. Болеют главным образом дети, но и взрослых порой ударяет.

Передается от домашних животных, правда, не всех. Кожа покрывается струпьями, которые в конце концов сходят, не оставляя следов. И начисто выпадают волосы. Так что ты – готанг, совсем недавно хворавший клотилем. Никто ничего не заподозрит. Стрижка волос в наказание перестала применяться еще при моем дедушке…

По описанию болезнь походила на стригущий лишай, в пятом классе подцепленный Митькой Переверзевым от бездомного котенка. Мы Митьке тогда завидовали – он три месяца просидел дома, не ходил в школу, пока не перестал быть источником заразы.

Скучал, конечно, но был избавлен и от приготовления уроков, и от двоек, читал да возился в огороде…

Очень быстро я понял, чего не хватает. И спросил:

– А головного убора мне что, не полагается? У тебя его тоже нет, а вот у Лага есть…

– Ничего удивительного, – усмехнулся Грайт. – Лаг – низший. Готанги, и только они, головных уборов не носят, это еще одна старинная привилегия. В старые времена часто готанга не заключали в тюрьму, а отбирали у него меч и приказывали выходить на люди исключительно в шляпе.

Никто и не выходил. Это было хуже смерти – готангу появиться меж людьми без меча и в шляпе. Весь присужденный срок носа не высовывали из дома или из замка…

– А если дождь? Или у вас нет дождей?

– Конечно, есть, – сказал Грайт. – Что поделать, приходится терпеть. Ради одной из исконных привилегий готанг обязан мириться с буйством стихии…

– А если зима? – с искренним любопытством спросил я.

– Зьима… Ты про то время года, когда очень холодно и с неба сыплется твердый дождь?

– Вот именно.

– Понятно, – кивнул Грайт. – Я однажды был у вас, когда стояла зьима. Пренеприятнейшие впечатления остались, знаешь ли. Нет, не в холоде дело, а замерзший снег – даже красиво, если нет ветра. Единственный раз в жизни показался на людях с покрытой головой, чтобы не обращать на себя лишнее внимание. Не было другого выхода – нужно было идти. Ощущения… Ты не поймешь.