Майор и волшебница

Батальное полотно, судя по мундирам, на сюжет из Франко-прусской войны – ожесточенная кавалерийская стычка, естественно, пруссаки ломят, а французы гнутся – ну, и в жизни пруссаки французам тогда изрядно навешали… Опять-таки, как и следовало ожидать, – парадный портрет Бисмарка. Интересно, на каком фронте полковник в Первую мировую служил? Но хозяйку выспрашивать я не стал – даже если на Восточном, та война была совсем другой…

Хозяйка выдвинула один из ящиков монументального письменного стола и подала мне не особенно большую деревянную шкатулку.

В крышку врезан серебром герб, весьма даже незамысловатый – три дерева на трех остроконечных вершинах. Я еще в курсантские годы интересовался геральдикой, так что знал: чем незатейливее герб, тем он древнее. Корона «простого» дворянина, не титулованного – пять шариков на зубцах, следовательно, фон был вовсе не фон-барон.

Поднял крышку. Вспоминая реплику из гораздо более поздней кинокомедии, это я удачно зашел. В гнезде на темно-синем бархате лежал австрийский «шрейер» образца 1911 года, и в самом деле выглядевший ухоженным, – надежная машинка с постоянным магазином.

В других – обойма, с помощью которой сверху заряжается магазин, и патроны. Я их машинально пересчитал: двадцать четыре – ну да, на четыре полные зарядки.

Я уже решил, что оставлю пистолет себе. Очень многие, включая рядовых, обзаводились трофейными пистолетами, некоторые даже маленькие коллекции собирали, что начальством совершенно не преследовалось. Особенно ценились те, что в дорогом исполнении, и всякие редкие образцы.

У меня были три таких ствола, с удовольствием присовокуплю к ним и этот – доводилось держать в руках, и только.

– Господин майор, – невозмутимо сказала фрау фон, когда я по-хозяйски взял коробку под мышку. – Мне полагается какой-нибудь документ, что оружие я сдала?

– Пожалуй, нет, – сказал я. – Мы стараемся обходиться без лишней бюрократии.

В ее взоре явственно читалось, что никакая бюрократия лишней не бывает, но промолчала, очевидно, понимая, что в чужой монастырь со своим уставом не ходят.

Сказала все так же невозмутимо:

– В таком случае пойдемте, господин майор, я покажу, где разместились ваши подчиненные. Я понимаю: дела службы превыше всего…

Мы вышли в коридор, и она указала на одну из массивных дверей темного дерева. Поблагодарив, я распахнул дверь без стука – в армии не стучатся – и вошел. Пятерка орлов-разведчиков проворно встала и вытянулась.

– Вольно, – сказал я и не спеша огляделся.