Страсти в нашем разуме. Стратегическая роль эмоций

Продажа идет с существенной скидкой, потому что

‹…› как только производитель начинает идти ко дну, даже лучшие его клиенты отказываются оплачивать товар, ссылаясь на дефекты качества, несоответствие спецификациям, несоблюдение сроков поставки, на все что угодно. Великий проводник морали в коммерции – постоянство отношений, вера в то, что может снова понадобиться вести дела с этим клиентом или с этим поставщиком, и когда компания-банкрот теряет этого проводника, даже мощный фактор не в состоянии найти ему замену[29 - Цит.

по: Axelrod R. The Evolution of Cooperation. Р. 59–60.].

От всего этого несвободен даже академический мир: «с приглашенным профессором будут обращаться хуже, чем с постоянными коллегами»[30 - Ibid. Р. 60.].

Невозможно поспорить с тем, что доверие и сотрудничество часто возникают по причинам, указанным данными авторами. Материальный мир – сложная среда, и наказанием за некритическое альтруистическое поведение часто становится невозможность выживания.

Но опять-таки с точки зрения наших целей трудность в том, что «око за око» – попросту не настоящее альтруистическое поведение.

Скорее, подобно взаимному альтруизму, это яркий пример осмотрительного поведения – просвещенной осмотрительности, но тем не менее поведения эгоистического. Человек, который сотрудничает только при условиях, описанных в этих теориях, едва ли может претендовать на высокую нравственность. Те, кто ищет более глубокие, более благородные побуждения в людях, должны искать их где-то в другом месте.

Опосредующие эмоции

Трайверс, очевидно, имеет в виду именно эти побуждения, когда пишет: «Отбор может укреплять недоверие к тем, кто совершает альтруистические действия без эмоциональной основы, связанной с широтой души или чувством вины, потому что на альтруистические тенденции таких индивидов сложнее полагаться в будущем»[31 - Trivers R. The Evolution of Reciprocal Altruism. P. 50–51.]. Он упоминает параллельные роли и других опосредующих эмоций, таких как «моралистическая агрессия», дружба и сочувствие.

Наличие таких эмоций помогает объяснить многие из наблюдений, которые не может объяснить чистый расчет на взаимность. Например, как отмечалось в главе I, чаевые в далеком городе оставляют не в ожидании ответного жеста. Но щедрость или сочувствие могут дать превосходные мотивы для этого.

То, чего Трайверс не объясняет, – каким образом эти эмоции приносят индивиду материальную выгоду.