Техноэкономика. Кому и зачем нужен блокчейн

Техноэкономика. Кому и зачем нужен блокчейн

Сергей Борисович Чернышев

В современном мирохозяйстве пути науки и практики, похоже, разошлись. Стало привычным, что объяснительные схемы экономической неоклассики ничего не объясняют, её прикладные модели ни к чему не приложимы в повседневной реальности. Лишённая научного фундамента, хозяйственная практика оказывается в плену у цинизма и эмпирики, предпринимательские схемы из сферы хозяйственного законодательства выталкиваются в область уголовного.Надежда в том, что новая научная парадигма выношена в лоне культуры и уже появляется на свет.

В книге представлен опыт практической реализации этой парадигмы в работах автора и его коллег в сфере социальной инженерии.

Сергей Чернышев

Кому и зачем нужен блокчейн

Вступление. Современность как собственность[1 - http://gefter.ru/archive/20264 (http://gefter.ru/archive/20264)]

– Профессор Каспаро, – сказал Званцев, – я должен поговорить с академиком Окада. Он ждал этой информации всю жизнь.

– Это невозможно, – произнес Каспаро. – Академик Окада умер.

    Стругацкие. «Полдень, XXII век»

Дата рождения С. Платонова, автора подмётной книги «После коммунизма», неизвестна. Но точно датируется инициация его проекта. 14 июня 1983 года на Пленуме ЦК прозвучало откровение Андропова: партия не изучила должным образом общество, которым правит, и вынуждена действовать «эмпирически, весьма нерациональным способом проб и ошибок».

В декабре 1983 года С. Платонов отправил Юрию Андропову первый из серии закрытых докладов.

По информации из независимых источников, материал попал в руки к адресату. Дочитал ли тот его – неведомо. 9 февраля Андропов умер.

Вскоре начались конфиденциальные встречи С. Платонова с руководящими деятелями партии и правительства. Документы, которые были тогда предметом обсуждения, преданы гласности ещё в СССР, за два года до Беловежского инсульта.

Несколько лет назад в Википедии обнаружилась развесистая статья «С. Платонов», пестрящая несуразицами с первых строк.

Герой был личностью не «вымышленной», а коллективной, социальной – разницу легко уяснить из той же Wiki. За вычетом ссылок на первоисточники, «Книгу, не предназначенную для печати» ничто не связывает с марксизмом – напротив, это усилие высвободить мысль Маркса из чуждой оболочки, узурпировавшей его имя.

Но нервом всей истории была, конечно, не младогегельянская понятийная математика, в которой авторы Вики-статьи безнадёжно запутались.