Там, где ты нужен

Я послушно подошел к нему, виляя хвостом и радуясь, что жизнь снова налаживается. Он схватил меня за шлейку одной рукой, а другой стал отталкиваться по грязи, двигаясь назад, в гору.

Грант положил руку на плечо Берка.

– Давай помогу.

– Отвали. Ты мне уже помог скатиться с холма. А теперь куда поможешь врезаться – головой в валун? Если хочешь быть полезным, вытащи кресло из оврага.

Подниматься к дороге оказалось гораздо сложнее, чем по лестнице. Пока Берк восстанавливал дыхание, стоя на вершине, Грант тащил кресло вверх по крутому склону.

Грант не просил меня выполнить «Помогай!» – мне пришло в голову, что Грант никогда не отдавал мне команд, кроме «Сидеть!». Наконец он поднялся и со щелчком раскрыл кресло.

– Купер, рядом!

Я стоял неподвижно, пока Берк карабкался по мне и садился в каталку. Грант провел рукой по ее боку.

– Здесь поцарапалось.

– Может, тебе стоило об этом подумать, прежде чем меня сталкивать? Ты, типа, такой: «Слушай, папа, прости, я сломал кресло Берка, и, кстати, он помер».

– Да плевать.

– Хочешь попробовать? – Берк покачался в кресле взад-вперед.

Грант выдохнул.

– Я – пас.

– И как ты планировал достать мой труп из оврага?

Грант покачал головой, его губы презрительно скривились.

– Я не такой, как ты, Берк. Я не планирую все наперед. В жизни должны быть сюрпризы.

– Сюрприз – это, типа, я убил своего младшего братишку?

– Слушай, поехали отсюда.

– Нет, серьезно. Я хочу знать. Ты мог меня убить, Грант.

Ты этого хотел, да?

– У меня нет желания продолжать этот разговор.

– Я знаю, ты меня ненавидишь! – крикнул Берк. Я дернулся от его громкого голоса. – И я знаю, ты винишь во всем меня. И ты прав, доволен?

Грант пристально смотрел на Берка.

– Я знаю, это из-за меня! – Берк задыхался, его голос охрип. – Но я ничего не могу с этим поделать! Я ничего не могу с этим поделать! – Он уткнулся лицом в руки. Он плакал и плакал, а Грант сидел неподвижно и смотрел на него.

Я никогда не чувствовал такой боли и скорби, исходящих от моего мальчика, и не знал, что делать. Я положил лапу ему на ногу и завыл о собственном горе, моля, чтобы эта страшная печаль ушла. Я положил голову ему на колени и чувствовал, как слезы капают мне на шерсть.

– Эй. – Грант дотронулся до плеча Берка. – Я знаю. Я знаю, что ты ничего не можешь с этим поделать. Я знаю.

Они оба помолчали, а затем мы с Берком забрались в грузовик.