Схизматрица Плюс

Если не мы с Фазилем, то наши соясельники.

– Я понимаю, – сказал Линдсей.

– Мы молоды и обошлись им дешево. Нас послали в пасть к врагу – это выгодно. Но мы с Фазилем живы. Внутри нас нечто такое есть. Мы не увидим и десяти процентов жизни, которой живут все, оставшиеся на родине. Но мы – вот они. Мы – существуем.

– Но жить – лучше, чем умереть, – заметил Линдсей.

– Ты изменник, – без малейшего намека на осуждение ответил Паоло. – Вне генолинии ты бескровен. Ты – просто… система.

– Есть вещи поважнее, чем жизнь, – добавил Фазиль.

– Войну можно пережить, если хватит времени, – сказал Линдсей.

– Это – не война, – улыбнулся Паоло. – Всего лишь эволюция в действии. Думаешь, ты переживешь эволюцию?

– Может статься, – пожал плечами Линдсей. – А если прилетят пришельцы?

Паоло странно на него посмотрел.

– И ты в это веришь? В пришельцев?

– Все может быть.

– А ты – ничего…

– Так чем же я могу вам помочь? – сменил тему Линдсей.

– Нам нужно задействовать пусковое кольцо.

Хотим запустить эту голову. Запуск по касательной, на максимуме скорости, с максимумом энергии, перпендикулярно плоскости эклиптики. Кто-нибудь когда-нибудь увидит. Может, через пятьсот миллионов лет, когда от людей и следа не останется, какой-нибудь пришелец подберет мой портрет. Вне плоскости нет мусора, один вакуум, значит, портрет будет в целости. Камень хороший, твердый. Даже став красным гигантом, Солнце едва его согреет. Он уцелеет и до стадии белого карлика – а может, и до черной дыры, пока наша галактика не взорвется или Космос не пожрет собственный хвост. Мой образ будет вечен.

– Только сначала надо запустить, – тихо сказал Фазиль.

– Президенту это не понравится, – сказал Линдсей. – Еще в первом соглашении, которое мы подписали, содержится запрет на запуски в период переговоров. Может быть, немного погодя… Когда доверие окрепнет.

Фазиль с Паоло переглянулись. Линдсей понял, что ситуация вышла из-под контроля.

– Послушайте, – продолжал он.

 – Вы оба талантливы; после блокировки кольца времени у вас хоть отбавляй; вы ведь можете сделать портреты со всех нас.

– Нет! – крикнул Паоло. – Это – только наше!

– Ну а ты, Фазиль? Ты не хочешь такую?

– Мы мертвы, – ответил Фазиль. – На эту голову ушло два года. Вторую мы не успели бы. Случайность сожгла нас обоих. Один из нас должен был пожертвовать всем, и мы решили… Покажи ему, Паоло.

– Нельзя, – отрезал тот. – Да он и не поймет.