Долг

Даже сидеть не могла спокойно! Такие события разворачиваются, и я бы даже начала ногти грызть, не будь руки грязными! Ура, наконец-то я участвую в жизни семьи!

– Прелестная новость! – растянул губы в улыбке толстячок. – У меня есть для вас невеста!

Я чуть не прыснула со смеха. Боги, отец решил нашу девку ему втюхать?! Ой не могу. Человека животному дарит… Зажала рот рукой. Абсурд! Ликан может сам спереть девку, папа! Это же… исчадие тьмы! Хочет продать цветы за баснословные деньги, которые можно сорвать бесплатно у соседей!

– Я не заинтересован, – отрезал мужчина.

Молодец, хоть не бранится. Но папу, казалось, это совсем не смущало. Сидит, щурится. Что задумал, старикан?

– Зря, – протянул Прохор. – Я ведь не дворовую подстилку тебе предлагаю. Как насчёт моей дочери?

Вот тут-то мне нехорошо стало. Улыбаться я продолжила, не вникая в суть сказанных отцом слов. Он… Нет, мне послышалось. Поражённо перевела взгляд на свои руки. Нет… послышалось. Он не посмеет… Жуткий ужас, словно злой кромешник, проник в моё тело и начал обустраиваться, захватывая тело по частям.

Сердце вдруг ускорило свой бег и отдавалось эхом где-то в ушах. Сглотнула. Он не… Нет. Медленно начала качать головой из стороны в сторону. Я не верила в услышанное. Быть того не может!

– Твоей дочери? – в голосе пришлого сквозила насмешка. – Думаю, я откажусь.

Не ожидая, медленно выдохнула. Не возьмёт… Он не возьмёт… Словно я только-только вынырнула из омута и, наконец-то, сделала глоток чистого воздуха. Обошлось, кажется.

Ну, папа… Я тебе это никогда не прощу!..

– Она красавица, в мать вся пошла, – фыркнул папа, продолжая вталкивать меня, как свинью на рынке. – Молодая, смышлёная. Я её для лорда одного держу, могучий человек. Если бы не он, её бы ещё лет пять назад, после смерти моей жены, разорвали в клочья поклонники и потенциальные женихи.

«Свинья молодая, породистая, мясистая! Берите-берите!» – звучало у меня в голове. Как же так… Я понимаю, что он особо ко мне не привязан и если со своими детьми общался, то выбор падал на Авдея.

Им было что обсудить. А я… так. Печаль и огорчение пропитало всё моё естество. Надо бежать отсюда. Из этого поганого дома. Пусть я буду нищей, но я буду хотя бы с теми, кто понимает меня. Пусть придётся работать, я готова, у меня хорошая форма, тяжести поднимать смогу… Не удержалась и осторожно всхлипнула. Неожиданно заметила, как чудище повернуло голову в бок, словно… он услышал! Мгновенно зажала рот руками. Даже дыхание задержала.