Бизнес по-честному. Как заработать миллионы и не потерять веру в Бога

Как-то я придремал в поездке, слышу – голос в автобусе говорит: «Следующая остановка – не мелькайте». Мне так смешно стало, что мелькать нельзя. Это потом я уже узнал, что, оказывается, улица названа в честь партизанки Мельникайте. И долго меня забавлял местный сленг, пока не привык, с его «потуда-посюда-покуда». Ещё думал, что за колхоз. Как ходят мифы, что на Севере медведи гуляют – примерно так себе и представлял жителей Тюмени, пока не приехал.

Первый район, куда я попал, оказался цыганским. Это сейчас Тюмень красивая, а тогда была ещё той дырой.

С одной цыганкой вышла история. Дело случилось на остановке возле «Муравейника». Это такой огромный обшарпанный дом общажного типа, который своим видом портит центральную улицу города. Сидел я на остановке. И подошла ко мне старая мерзкая цыганка. Совсем не такая очаровательная, как в мультике про Бременских музыкантов. И начала заливать в уши:

– Ай, привет, черноголовый, чернобровый! Давай тебе погадаю.

– Я сам тебе могу погадать, – не растерялся я.

– Как ты мне погадаешь? – удивилась.

– Давай руку!

Цыганка помешкала, помялась, но подала. Мгновенно внимание всех присутствующих на остановке обратилось на нас. Было очевидно, что никто из них не рискнул бы заговорить с цыганкой. Люди относятся к ним с опаской и страхом, стараются обходить стороной. А мой дед, прекрасный рассказчик и умелец приврать под мухой, говорил мне в детстве, что родился от цыган. Якобы мимо табор проходил, и бабушка загуляла с одним бароном. Что-то из этих старых сказок всплыло у меня в подсознании, и, может, поэтому я предложил цыганке погадать.

Она протянула мне свою сморщенную руку, усеянную золотыми кольцами. Я взял и заглянул в ладонь. Внимательно поразглядывал. Поднял глаза и произнёс:

– А что тут гадать? Не покаешься в том, что делаешь, – в ад попадёшь!

– Что? В ад? – рассвирепела цыганка. – Тьфу-тьфу!

И начала плеваться, поворачиваться спиной. А ногами как будто землю отряхать, словно прах. Я подумал и тоже принялся отпл?вываться уже в неё: «Тьфу! Тьфу!» Повторил за ней и её странные телодвижения.

Цыганка убежала, а кто-то на остановке начал мне хлопать. Можно сказать, Тюмень встретила меня аплодисментами.

Я не строил каких-то больших надежд и завышенных ожиданий из этого приезда. Но и не боялся. Я как будто умер. В Писании есть такие слова: «Если пшеничное зерно, пав в землю, не умрёт, то останется одно; а если умрёт, то принесёт много плода» (Библия, Евангелие от Иоанна, глава 12, стих 24).