Ведьмы поместья Муншайн

Айви, сделай то и это! Придумай для нас спасительный эликсир! Поддерживай дом в нормальном состоянии, чтобы у нас было где жить! Хренотень какая-то, сил уже никаких нет.

– Если ты такая умная, Квини, то почему сама не провела эти исследования? – возмущается Айви. – Сидишь тут и поносишь меня и мои растения.

– Ничего я не поношу, – говорит Квини, всплескивая руками. – Я просто сказала, что…

– Так, не надо! Да кто ты такая, чтобы ко мне придираться, да еще после того, что ты натворила? Это все ты виновата, и нечего в меня тыкать!

– Ты видела? – говорит Квини, поворачиваясь к Иезавель, а затем переводя взгляд на Урсулу.

 – Ты видела, что произошло с ее глазами?

– Ты о фиолетовой вспышке? – спрашивает Иезавель.

– Ну да! – Квини ликует. – Ты, случаем, не отхлебывала из тех бутылок или банок, что я принесла тебе в лабораторию? – интересуется она у Айви.

Айви вся сжимается – кажется, ее хотят доконать придирками.

– Я хотела пить, я намучилась с деревом, с газоном и этим журналистом. У меня даже не было времени поесть.

Уж простите, если я глотнула немного пива, ничего другого под рукой не было.

– Вот именно. – Квини довольно улыбается. – Считай, что ты провела испытания и получила ответ.

– В каком смысле? – спрашивает Айви. У нее аж руки чешутся, чтобы запулить в кого-нибудь еще чем-нибудь.

Квини опасливо пытается подойти к Айви, словно она невиданный зверь.

– Я так и думала, что они добавляют в алкоголь нечто, вызывающее гнев и агрессию. И ты только что это доказала.

Иезавель делает большие глаза:

– Ты хочешь сказать, что Брэд Гедни не только перечеркнул все наши труды, но и довел мужчин до озверения?

– Именно.

– Плохи наши дела, – говорит Иезавель и смотрит на Айви, все еще боясь подойти к ней слишком близко.

– Ясен хрен. «Плохи» – это ты мягко выразилась, – констатирует Квини.

Она достает свою волшебную палочку, направляет ее на Айви и бормочет: «Цесса» [37 - Cessa – прекрати (лат.).].

И тут огонь, бушующий в жилах Айви, остывает, и гнева как и не бывало.

Айви чувствует себя потрясенной и опустошенной. Более того, ей ужасно стыдно, что она потеряла над собой контроль.

– Я… Простите, пожалуйста. Я вела себя безобразно. Простите. – Она поворачивается к Квини и берет ее за руку: – Прости, я не знаю, что на меня нашло.

– Тебе не за что извиняться, – говорит Квини. – Дело не в тебе. Они что-то подмешивают в алкоголь.

Квини помогает Айви присесть, а Иезавель делает для нее другой коктейль.