Взлетая высоко

Как жизнь может продолжаться, будто ничего не произошло?

Я зажмуриваюсь и пытаюсь не думать об этом. Но больше всего я стараюсь сопротивляться желанию посмотреть на часы. Потому что независимо от того, какое время они мне покажут, я знаю, что уже слишком поздно. Меня не должно быть здесь. Я не хотела быть здесь. И все-таки я здесь. Не потому, что Чейз или кто-то другой не дал мне выпить таблетки. Я сама удержалась от этого. И в этот момент я уже не знаю, должна ли быть благодарной или ненавидеть себя за это.

И хотя я бы предпочла не делать ничего, кроме как снова провалиться в сон и забыть обо всем, я медленно сажусь. У меня пересохло во рту, глаза горят, голова гудит. Я плакала. Это я помню даже слишком отчетливо. Чейз крепко обнимал меня, а я рыдала так сильно, будто прошла все круги ада.

Доктор, с которым дружит Чейз и который осмотрел меня, подтвердил то, что я уже и так знала. Я ничего не приняла. Не смогла. Я слышала их тихое бормотание, доносящееся из коридора, но запомнила только несколько фраз из разговора.

– Физически, кажется, все в порядке, за исключением полного истощения. Но все остальное… – Доктор, чье имя вылетело у меня из памяти, сообщил Чейзу, что мне нужно как можно скорее к терапевту или в консультационный центр. Кроме того, было бы хорошо не оставлять меня одну в ближайшее время. Поэтому я, наверно, должна была бы ожидать, что в моей комнате кто-то будет, и все же я удивляюсь, когда слышу знакомый голос.

– Добро пожаловать обратно.

Я поворачиваю голову и смотрю прямо в лицо человеку, сидящему на стуле рядом с моей кроватью.

– Лекси?..

Кузина Чейза опускает книгу, заложив страницу пальцем, и переводит на меня свой взгляд.

Это и правда она. Лекси сидит со мной, наверно, всего несколько минут, но, может, и несколько часов. Должно быть, прошло много времени, потому что небо за окном окрасилось в золотистый цвет. Судя по всему, я проспала почти весь день. Наверно, это и неудивительно после того, как я не сомкнула глаз прошлой ночью.

Вопрос, что произошло, крутится у меня на языке, но я не задаю его, потому что понимаю, как это было бы абсурдно. Я точно знаю, что случилось, и не думаю, что когда-нибудь об этом забуду. Даже если бы захотела.

Секунду мой взгляд блуждает по комнате, которую я считала, что больше никогда не увижу, а затем снова падает на Лекси. Она кажется бледной. Длинные, курчавые волосы похожи на растрепанную гриву, будто подруга только выползла из кровати.